Книга Последняя Ветрожея, страница 48 – Дженнифер Адам

Если бы это был традиционный обход на день зимнего солнцестояния, вокруг колодца собрались бы жители деревни в самых праздничных своих нарядах. Пока они поют песни солнцу и звенят колокольчиками на удачу, матушка Магди повесила бы у колодца веточку остролиста и витой шнур из красной и зелёной лент, чтобы принести здоровье и удачу всякому, кто изопьёт воды.

Но сегодня они с Бридой были одни. Они спешились, и Брида стояла, держа поводья Бархатки и Лопуха, пока Магди трижды хлестнула по каменному ободу колодца рябиновым прутиком. Воткнув палочку в мягкую землю неподалёку, Магди подвесила на рогатину крепкой ветки голубиное перо и маленький камешек с отверстием посредине.

Когда она прошептала песнь о защите и мудрости земли, сила забилась в земле. Брида ощущала её как гул под своими ступнями, поднимавшийся на зов матушки Магди. Магди закрепила заговор с помощью рябинового амулета, зажигая маяк безопасности для жителей Дубовой лощины.

Брида выросла у ведуньи за пазухой. Двенадцать лет она наблюдала, училась, повторяла, но никогда не видела, чтобы матушка Магди творила зелёную магию так, как теперь.

Это было больше чем зимнее благословение. Больше чем амулет на удачу.

Это была глубинная магия земли… а значит, матушка Магди была встревожена куда сильнее, чем хотела показать.

Брида бросила взгляд через плечо, но к колодцу никто не шёл. Дорога казалась пустынной.

— Где же все? – пробормотала она.

Матушка Магди отряхнула руки от пыли и поправила сумку, прежде чем снова взобраться в седло Бархатки.

— Небось хозяин Друзе с сыновьями всех распугал рассказами о нападении на Дэва. – Она повернула свою кобылу прочь от колодца и дальше по мощёной дороге ко двору кузнеца.

Удары молота по наковальне стихли, когда Джон Ковки заметил их. Он отошёл от кузни, лицо его раскраснелось от жара, а руки были влажными от пота.

— Матушка Магди, юная Брида, что я могу для вас сделать? – Лоб его вдруг обеспокоенно наморщился. – Что-то стряслось с Линной и малышом? Кто-то позвал тебя?

Магди улыбнулась ему:

— Нет, Джон, ничего не случилось. Я просто зашла попросить тебя об одолжении, если у тебя найдётся время.

— Само собой! Что тебе нужно? – спросил он, поглаживая Лопуха по плечу.

— Нам с Бридой нужно обойти долину, и мы можем отсутствовать несколько дней. Ты не мог бы приглядеть за нашей козой и покормить кур, пока нас нет? – спросила Магди.

— И не забудь налить молоко для кошек! К нам частенько заходят рыжий котяра и чёрная кошечка, – сказала ему Брида. – И может, ты увидишь белую горлицу. У погреба стоит банка с птичьим зерном и…

Кузнец засмеялся и похлопал её по ноге в стремени:

— Не волнуйся, Брида. Я позабочусь о них до вашего возвращения.

Магди сказала:

— Спасибо, Джон. Я похлопочу, чтобы у Линны был свежий запас утешного снадобья для маленького, сразу, как вернусь.

Тот усмехнулся:

— Так-так, вот за это мы все будем тебе благодарны! Что ж, счастливого пути!

Выехав со двора, Магди проследовала к небольшим белым воротам, перегораживавшим узкую каменистую тропу, огибавшую Дубовую лощину.

Брида следовала за ней на Лопухе, хотя и была озадачена. Обычно они проходили через центр города, разделяя с друзьями и соседями кружку горячего сидра или согревающего молока с корицей и сладкими булочками. Они вешали в дверных проёмах маленькие амулеты, и все присоединялись к ритуальным песнопениям.