Онлайн книга «Божественный яд»
|
— И что, уже есть какие-то варианты? — ровно спросил Маран, больше прислушиваясь к себе, чем ожидая ответа. До сих пор они мало обсуждали цель её пребывания здесь, не до того было, да и другие, более интересные темы находились. А сейчас вот Ида сама заговорила, и… Он знал, что трантки прилетели, чтобы успешно выйти замуж для укрепления отношений между двумя странами, чтобы показать и новой родине, и старой, что по обе стороны границы живут те же самые люди. Но сейчас ощутил неудовольствие от этой мысли, слова Иданы о замужестве неприятно царапнули. — Нет, — вздохнула Ида и села на соседний стул, плечом к плечу с Мараном. …Царапнули — и отступили, а недовольство сменилось удовлетворением.— Я понимаю, что надо выбирать, потому что я здесь за этим. И замуж мне хочется. Но, знаешь, хочется… вот так, чтобы сразу как у родителей, причём — сейчас, а не в молодости. Понятно, что сразу так хорошо не будет, и непременно начнутся сложности… — рассуждая, она аккуратно взяла пинцетом заготовку из тонкой медной фольги, над которыми корпел с утра Маран, и почти бездумно, машинально принялась напитывать магией и менять структуру материала. Фольга на пинцете потекла, меняя форму и очертания, кончик «прилип» к нужному месту на скелете. Прижав тонким щупом, Ида дотянула второй до ответной точки. — Как это ни странно, самая большая проблема в том, что есть выбор. Если бы выбрал кто-то другой, было бы гораздо проще. Ну или если бы мне хоть кто-то из них сразу приглянулся, а не вот так. Они все почему-то кажутся одинаковыми. Глупость, да? — она обернулась к соседу, только теперь заметив, что он отложил инструменты и пристально смотрит на неё. — Ты чего?.. Вопрос остался без ответа. Длинные пальцы мужчины, оказавшиеся неожиданно сильными и твёрдыми, мягко перехватили её кисти, забрали и отложили щуп и пинцет — спокойно, деловито, без спешки. Идана не сопротивлялась. Она уже не помнила, о чём только что говорила, и не замечала, что именно он делает: безо всякой магии его взгляд зачаровывал и совершенно лишал воли. Пристальный, глубокий, бархатный, обещающий и зовущий… Колдовство не рассеялось, а только окрепло, когда ладонь мужчины легла ей на талию. За время их знакомства это прикосновение стало привычным и совсем не смущало, потому что обычно не несло никакого чувственного подтекста. Придержать, подвинуть — ему проще было сделать так, чем объяснять Обычно. А сейчас вторая его рука мягко легла на шею сбоку, скользнула назад и вверх, к затылку, крепко обхватила. Пару мгновений Ида неловко держала выпущенные на свободу руки перед собой, не сообразив вот так с ходу, куда их деть. Мысли, даже простые, вообще сейчас возникали неохотно и не задерживались. Да какие могут быть мысли, когда его глаза — тёмный, гибельный омут — так близко и глядят так пристально, что сердце в ответ то ли замерло вовсе, то ли колотится где-то в горле мелко-мелко, быстро-быстро. А потом он поцеловал — настойчиво, уверенно, жарко, — и мыслей не осталось вовсе. Зато сразу нашлось, куда применить руки: ими оказалось очень удобно обнимать твёрдые плечи. В отличие от Иды, для которой поцелуй оказался неожиданностью, Маран прекрасно сознавал, что делает. Он сразу понял, что его неудовольствие — это ревность. Было неприятно слушать, как эта девушка рассуждает о других мужчинах. Хотелось — и это, пожалуй, было самое сильное желание с момента осознания себя в новом мире, — заставить её не просто замолчать, а перестать думать о ком-то ещё. |