Книга Бёрлингтон-сквер, 23, страница 83 – Дженни Кир

«Интересно, – подумал Стивен, – а что она скажет обо мне, когда пройдет некоторое время?»

— Увы, солнца я почти не видел: почти все время проводил в помещении. Понимаете ли, все мои поездки были связаны с работой.

Пребывание Томпсона за границей на самом деле было напрямую связано с его прежним источником дохода.

— Понимаю. Солидный банк в далеком городе, да? С мраморными стойками и деревянными панелями? – Стивен предпочел не опровергать предположение домовладелицы и позволил ей болтать дальше. – Сама я почти не покидала Лондон, разве что навещала сестру в Хартфордшире. Было бы чудесно повидать мир, но так уж сложились обстоятельства.

Она вздохнула и предложила постояльцу оставшиеся печенья, которые он с благодарностью принял.

— Полагаю, вам не терпится распаковать вещи и обустроиться на новом месте, поэтому не буду вас задерживать. Если что-то понадобится – приходите сюда. Мне нужно приготовить ужин моим джентльменам: пирог с кроликом для мистера Горски и рагу из фасоли для молодого Гилберта.

У Стивена аж слюнки потекли, и он едва не уронил каплю на стол. Видимо, Агнес заметила его мечтательный взгляд, поскольку осведомилась:

— Вы уверены, что не хотите доплачивать за питание? Может, передумаете?

Он решительно покачал головой в ответ, из чего хозяйка ошибочно заключила:

— Ах, вы, конечно же, ужинаете в клубах для джентльменов и в ресторанах с друзьями. Или, может быть, банк обеспечивает вас обедом? Как у Хоара^[18]. Вот уж где умеют заботиться о своих служащих.

— Да, – подтвердил Стивен. – Именно так. У нас такие великолепные обеды, что к вечеру я почти не голоден.

— Моя еда очень простая, ведь у мистера Горски слабый желудок, и он просил избегать острых специй и всяких приправ. Возьмите ключи, мистер Томпсон. Большой – от парадной двери, а маленький – от ваших комнат. Увидимся утром. Наверное, вам приходится вставать чуть свет?

— Да, мой рабочий день начинается рано и длится долго. Я заполняю учетные книги, проверяю и перепроверяю бесконечные столбцы цифр. Банк открывается в девять, поэтому я постараюсь уходить в восемь, ведь пунктуальность в моей профессии крайне важна.

Однако Стивен Томпсон солгал Агнес: в понедельник утром ему не нужно было никуда идти, потому что на самом деле ни в каком банке он не служил.

Агнес часто вспоминала, как много лет назад у нее появилась эта картина. Афиша на стене овощной лавки приглашала на небольшую выставку в частной галерее в Бэйсуотере. Экспозиция «Искусство Британской империи» предлагала посетителям «увидеть множество далеких стран глазами художников». Агнес редко делала что-то ради своего удовольствия, но не смогла противиться соблазну посмотреть на эффектные яркие полотна.

Теперь, когда Дафна пошла в школу, Агнес обрела наконец немного бесценного свободного времени и начала перебирать многочисленные книги на полках отца. Но тянулась она не к романам или поэзии. Первые казались ей слишком легкомысленными и не сообщали ничего полезного (к чему ей истории о красивых платьях, дрожащих губах и учащенном сердцебиении?), а в стихах она не улавливала образов, скрытых между строк в ритме слов. Агнес увлекали путеводители и путевые дневники, рассказывавшие о далеких землях, необычных одеждах и удивительных обычаях. Особенно те, что вышли из-под пера женщин: например, «Англичанка в Америке» Изабеллы Бёрд или сочинения миссис Троллоп. Поэтому выставка, обещавшая наглядно показать дальние страны, казалась особенно заманчивой, давая надежду, что женская доля не сводится к роли хозяйки, матери и сиделки. Почти восемь лет Агнес вела в отцовском доме хозяйство и заменяла Дафне мать, предвкушая, что вскоре выполнит свою миссию и получит возможность повидать мир за пределами Бёрлингтон-сквер.