Книга В этом поезде каждый – подозреваемый, страница 62 – Бенджамин Стивенсон

— Я думал, вы спрашивали, куда бы его подмешал убийца. А я спрашивал у вас, был ли это яд, а не утверждал, что это он. – Я всплеснул руками, и Ройс поморщился. – Не говоря уже о том, что в вашей версии полно дыр. Я не ношу с собой чертов героин и не стал бы заваливаться к вам в купе и сознаваться в преступлении первому, кто меня об этом спросил. И у меня не было мотива. Плохая рецензия – это не мотив. Не важно, зол я был или нет, за такое не убивают.

Ройс пролистнул еще две страницы. Я не видел, что там написано, но он явно сделал эти заметки еще до нашего разговора.

— За такое – нет. Но за сто тысяч долларов – очень даже может быть.

— Что?

— Вам нужно написать книгу, – продолжил Ройс. – Если вы не сдадите ее, придется вернуть деньги, а вдохновения у вас нет, потому что никто вокруг за это время не отдал концы.

Я растерялся. Насчет ста тысяч долларов он был раздражающе прав.

— Кто вам сказал…

— Вы сами говорили вашему агенту, – перебил он меня и отлистал страницы еще дальше, до самой обложки, – что люди должны умереть, чтобы вы смогли написать книгу. Когда вы садились в поезд, я стоял в очереди рядом с вами. И я всегда знал, что с вашей первой книгой что-то нечисто. Что-то не складывается. Я наблюдал за вами все это время, делал заметки, пока не убедился, что понял ваши намерения прежде, чем вы начали действовать.

Я беззвучно, по-рыбьи, открывал и закрывал рот. Оказывается, Ройс не делал общие заметки: он следил исключительно за мной. Худший в мире сыщик-любитель сочинил целую детективную историю с убийством из одной подслушанной фразы при посадке в поезд.

Однако Ройс еще не закончил.

— А теперь вы приходите сюда и рассказываете, что вы сделали, потому что собираетесь меня убить, а потом вывести злодеем в своей будущей книге. – Он встал, снял колпачок с ручки и вытянул ее перед собой, словно меч. – Но не сегодня! Не с этим автором.

Я сделал успокаивающий, как мне казалось, шаг вперед, но он ткнул ручкой куда-то в сторону меня:

— Не подходите ко мне! Я прошел курс самообороны, когда работал над шестой книгой о докторе Джейн Блэк.

— Никогда не слышал ничего более нелепого, – заявил я.

— Меня научили кое-каким полезным приемам.

— Речь не о курсе самообороны, а о том, что убийца – это я.

Выбросив руку вперед, я с неожиданной легкостью вырвал у него ручку.

Я и сам не очень быстрый парень, но у Ройса рефлексов вообще не найдешь без помощи археолога. Он долго хватался за воздух в том месте, где раньше была ручка, а потом взвизгнул, плюхнулся на койку и прикрыл голову руками.

— Я никого не убивал, – сказал я. – И не собираюсь начинать с вас.

Он немного опустил руки и уставился на меня поверх локтей:

— Значит, вы просто хотели узнать мое… мнение?

Ройс, который с удовольствием высказывал свое мнение, когда никто этого не просит, и, вероятно, считал, что спрашивают его слишком редко, все еще выглядел сбитым с толку.

— У меня возникло подозрение, что во фляжке что-то было. В этом поезде только у вас есть опыт судмедэксперта, вот я и подумал, что мы вместе сможем что-то выяснить. И вот пожалуйста – героин. Разговор сложился не так, как я рассчитывал, но кое-чего мы добились.

Ройс пришел в себя и снова начал ворчать:

— Могу я получить назад мою ручку? Она особенная.