Книга Ещё не совсем мертва, страница 40 – Холли Джексон

Билли отвел взгляд. Джет сделала то же самое, притворяясь, будто ничего не заметила. Краем глаза она наблюдала, как он уносит фотографию и прячет её на верхнюю полку в шкафу.

— Тебе не обязательно всё прятать только потому, что я здесь.

— Ой, — выдохнул он, вспомнив о еще одном поводе для беспокойства. — Я храню запасной ключ под ковриком у входной двери. Тебе стоит взять его себе. Сейчас принесу.

Он принес ключ и, вернувшись к ней, положил его на стол прямо между её ступней. Дыхание Билли почти сбилось. Его взгляд зацепился за монитор.

— Это та самая улица, где твой телефон выключили?

Джет кивнула и задрала голову, чтобы посмотреть на него — Билли возвышался над ней, как башня.

— Знаешь кого-нибудь, кто там живет?

Билли закусил губу.

— Вроде нет. Думаешь, они там живут?

— Ну, после нападения они направились прямиком туда, — ответила Джет. — И выключили мой телефон вот в этом самом месте.

Она ткнула пальцем в экран, где Ривер-стрит пересекалась с Норт-стрит.

Билли задумался.

— Может, они просто ехали домой и вдруг поняли, что оставлять твой телефон включенным — плохая идея. Это ведь не значит, что они живут именно там, верно? Просто было по пути.

— Возможно. — Джет кивнула. — Значит, они живут где-то в северной части города.

Слишком много «возможно».

— Что у тебя есть еще?

Джет мельком глянула на каракули в своем открытом блокноте. Билли проследил за её взглядом.

— Немного. Полиция думает на Джей-Джея Лима, я это чувствую.

Билли наклонился ниже, опираясь на спинку дивана. Его голова нависла над её плечом.

— А ты? Сама-то веришь, что это Джей-Джей?

— Нет. Он на такое не способен. Но я стараюсь сохранять «открытый разум». — Она сделала паузу. — Ну… кто-то ведь уже проломил его мне, так что теперь он точно открыт.

На этот раз в уголке его рта почти промелькнула улыбка — щека дернулась. Впрочем, его глаза все еще выглядели странно: затравленные, но при этом чем-то занятые, постоянно в движении. Казалось, за ними происходит слишком много всего. Именно он видел её мертвой — ну, почти мертвой. Наверное, такие воспоминания не сразу блекнут. Джет не пришлось этого видеть, ей не пришлось переживать это после тех первых секунд, но она гадала, не выглядят ли и её глаза такими же затравленными. Ощущались они именно так: эта глубокая боль за правым глазом, тупое нытье и зуд под повязками. Недостаточно тупое; ей следовало принять еще кодеина. По крайней мере, доктор Ли дала ей «хорошие штучки».

Девушка поморщилась.

— Что такое? — Он наклонился еще ниже, чтобы поймать её взгляд. — Тебе нужны обезболивающие? Еда? Я могу приготовить что-нибудь, всё, что захочешь.

— Билли, всё нормально. Перестань со мной нянчиться.

— Мне нравится это делать.

Так было всегда. Билли был на девять месяцев старше. Джет не знала мира, в котором его не существовало. Всегда рядом, в соседнем доме.

«Эй, Билли, хочешь покататься на велах? Давай наперегонки! Эй, ты поддался мне, потому что я младше и меньше? Не смей поддаваться, Билли!»

«Здравствуйте, миссис Мейсон, а Джет дома? Я нашел лягушку и должен ей показать. Джет обожает лягушек».

Всё прекратилось, когда Джет исполнилось четырнадцать. Тогда её лучшей подругой стала София, забрав всё время и внимание. Билли не мог приходить, если София уже была там — это выглядело бы странно, два мира, которые не смешиваются. Джет и Билли переросли друг друга: больше никаких гонок на велосипедах, никаких лягушек. Впрочем, Билли был прав: Джет действительно любила лягушек. Та лягушка была просто офигенной.