Книга Ещё не совсем мертва, страница 147 – Холли Джексон

Джет гадала, меняли ли они когда-нибудь воду, или же в бассейне всё та же вода, в которой утонула Эмили Мейсон. Она надеялась, что хлорка вытравила из неё смерть.

Шаги Джет эхом раздавались по настилу, пока она не остановилась. Билли замер рядом.

Ты был здесь в тот день. — Джет уставилась на бассейн. — Ты помнишь его?

Билли закусил губу.

— Настолько, насколько одиннадцатилетний ребенок может помнить подобный день.

Джет кивнула.

— Расскажи мне еще раз.

— С того момента, как мы ее нашли?

— Всё с самого начала.

Билли глубоко вдохнул, словно набираясь сил.

— Это был погожий день. Я был во дворе с мамой, помогал ей засаживать новую клумбу. Кажется, семенами подсолнуха. Они до сих пор там растут. Папа был дома, готовил, или, может, уехал в магазин за продуктами для барбекю. Он вернулся и сказал, что Люк Мейсон стучался в дверь и просил поиграть со мной. Что было... — Билли запнулся. — Ну, Люк никогда не хотел со мной играть. Ему было тринадцать, мне одиннадцать. А ты была моим... моим лучшим другом. Но ты уехала на тот конкурс по орфографии, так что папа спросил, не хотим ли мы с Люком поиграть в футбол на улице. Мы немного поиграли. И вот... понимаешь, я думал об этом вчера вечером, после того, что мы нашли. Тогда мне это показалось странным, но я не вспоминал об этом годами.

— Что именно? — Джет подняла взгляд от бассейна.

— Итак, мы играем в футбол, один на один, папа — судья, мама всё еще занимается садом. Папа вбрасывает нам мяч, но тот улетает прямо в кусты в глубине двора, к самому забору. Мы оба идем туда, я и Люк, чтобы найти мяч, потому что там всё сильно заросло. Я нахожу его, и мы выходим обратно. Руки Люка оказались все исцарапаны, и я помню, как папа поднял из-за этого шум: проверял, не нужен ли Люкупластырь, просил маму сходить в дом за мазью. Думаю, он чувствовал себя виноватым. Но...

Билли встретился с ней взглядом.

— Я не знаю, насколько ты можешь доверять моей памяти. Но дело в том, что я помню...

— Билли.

— Мне кажется, руки Люка были исцарапаны еще до того, как мы пошли в кусты. На нем была футболка, и тогда я был в этом уверен.

Джет внимательно посмотрела в его потемневшие глаза.

— Что это были за царапины?

— Их было много, — ответил Билли. — По обоим предплечьям. Маленькие. Такие обычно получаешь, если пробираешься сквозь заросли и царапаешься о шипы, или если кто-то тебя исцарапал — например, во время драки. Полиция спрашивала о них позже, когда мы давали показания. Мы все рассказали им про кусты: я, мама, папа, Люк. Но...

Глаза Билли помрачнели, вокруг них пролегли морщинки.

— Вчера вечером я подумал: было и кое-что еще. Люк сказал, что в тот день вообще не подходил к бассейну. Так он сказал нам, а потом и полиции.

— Да, я знаю, — сказала Джет. — Он там не был.

— Он говорил, что весь день просидел дома, играя в «Плейстейшн»^[94]. Что не знал, где Эмили Мейсон, а когда ему стало скучно, зашел узнать, свободен ли я, чтобы поиграть.

— Да, похоже на правду.

— Вот только... — произнес Билли Финни. — Когда мы играли в футбол, и я подбежал поближе, чтобы отобрать мяч, мне показалось, я почувствовал этот запах. От его волос.

— Что?

— Хлор, — Билли Финни вытаращил глаза, его рот приоткрылся, обнажив нижние зубы.

Джет снова посмотрела на накрытый бассейн. Сердце екнуло, сбившись с привычного ритма.