Книга Яд темной любви, страница 145 – Лана Ежова

Я отвернулась, показывая рукой направление.

— Ближе к бухте. Я должна ждать лорда Ярвуда именно там и…

Вспышка боли в затылке. Мир опрокинулся, поплыл.

И пришла тьма. Увы, не кромешная, почти родная… а холодная и бездонная.

* * *

В сознание я пришла резко, рывком.

— Если хочешь, чтобы она осталась жива, сделаешь, как я сказал! – произнес принц, и это был не прежний жалкий шепот сломленного человека. Его слова полыхали злой насмешкой.

Мысли путались, цепляясь за обрывки памяти. Что произошло? Удар… сзади… Почему?

Затылок горел огнем, не давая сосредоточиться и понять, что произошло.

Так, надо подлечиться, обезболить и диагностировать, что с головой.

Вот же шмырь… Я не могу! Моя сила, всегда послушная, сейчас глуха и нема, словно…

Моя магия заблокирована!

Шок прочистил мозг, и я вспомнила: меня стукнул принц! Принц!.. Тот, кого я спасла от мучительной смерти! Притом дважды!

А за что он так со мной?

— Хорошо, я выполню твою просьбу, – произнес Алессандр и добавил холодно: – Но ты поклянешься. Поклянешься перед богами своей магией, что, получив желаемое, отпустишь леди Горейскую немедленно, в полной целости и сохранности.

Боги, Аль вернулся, а я опять влезла в неприятности! И загнала его в безвыходное положение.

Открыв глаза и оглядевшись, сумела быстро сориентироваться. Я сидела, прислоненная к шершавому валуну, руки сковывал тяжелый уршиль. На мне ни одного артефакта. Даже серьги-накопители – и те исчезли. Хотя нет, не все, волосы удерживали в прическе шпильки Филиппы.

А еще обнаружились новые, так сказать, украшения: на тыльных сторонах ладоней алели нацарапанные ножом кровавые знаки, а на шее светился энергетический ошейник, от которого шла слепяще-золотая цепь, конец которой держал принц.

«Поводок Йозалуса», запрещенное заклинание в Латории и Давелии, точно такое использовал жрец Воникс. Оно связывало жизни жертвы и того, кто держал «поводок». Любой вред, нанесенный хозяину, отражался на рабе.

Шорох песка под ногой – я инстинктивно зажмурилась, притворяясь все еще бесчувственной.

— Хватит спать, вставай! – велел принц и дернул за «поводок».

Боль хлестнула плетью по всему телу, и я не сдержала тихий стон.

— Не трогай ее! – рыкнул Алессандр и бросился вперед.

Принц закрылся мной, как щитом.

— Убьешь меня – она погибнет тоже! – воскликнул со страхом. – Держи расстояние! Пять шагов назад!

Алессандр застыл на миг, а затем подчинился приказу.

Тяжело дыша, принц бросил на кромешника взгляд, полный злобы.

— Иди к храму, если хочешь, чтобы твоя любовница жила!

Кромешник не сдвинулся с места.

— Клятву. Мы погибнем все трое, если ты ее не дашь.

Аль посмотрел на меня. И во взгляде застыла такая беспросветная вина, что у меня закружилась голова. Это ведь я! Я подвела, попала в ловушку, как последняя простушка! Почему же он винит себя?

В бешенстве скрипнув зубами, принц процедил:

— Я, принц Альмавьер Заохийский, клянусь именем Света и своей магией, что отпущу Хельену Горейскую в целости и сохранности, как только кромешник принесет и вручит мне скипетр стихий!

Мрачный Алессандр удовлетворенно кивнул и направился в сторону скал. К усыпальнице.

Боги, нет… Нет, нет, нет!

От ужаса я не могла связно мыслить, в глазах потемнело.

— Леди Горейская, вы ведь не хотите пропустить невероятное зрелище? Кромешник против изощренных чар Амехопета Солнцеликого! – хмыкнул принц. – Нет, не хотите? Тогда вставайте!