Книга Прелестная наездница, страница 71 – Валери Боумен

Тея раздраженно взглянула на брата.

— Ну и как тогда это назвать? Ясно же, что он сделал мне предложение только из благородных побуждений.

— И что в этом плохого? Ты дочь графа. Ведь Клейтон сделал предложение не какой-то там девушке ниже его по положению.

Тея опять потупилась.

— Он с кем-то обручен.

— Ты уверена? Никаких объявлений об этом в газетах не было, — скептически заметил Энтони.

— Я слышала это от него самого, — заявила Тея.

— Полагаю, это несколько меняет дело, но я уверен, что Клейтон не согласился бы жениться на тебе, если бы не хотел.

Тея с трудом сдерживала слезы, обжигавшие глаза.

— Между хотеть жениться и согласиться жениться — разница непреодолимая.

Энтони заговорил мягче:

— А ты в двадцать два года считаешь себя старой девой, Тея? Разве не хочется иметь свой дом, свою семью?

Слезы грозились вот-вот пролиться, и Тея развернула кресло так, чтобы не смотреть на брата.

— Я четко знаю, чего не хочу: не хочу, чтобы на мне женились по необходимости. Энтони негромко выругался.

— Да черт возьми, Тея! Почему ты такая упрямая? Я считаю, что ты совершаешь ошибку.

Тея уставилась на серое небо. Услужливая память тут же подсказала предостережения матери перед смертью.

— Нет, — прошептала она в ответ, обхватив себя руками. — Величайшей ошибкой в жизни станет брак с виконтом.

Белл, маркиз Беллингем, вот уже два дня гостил в поместье Клейтона. Эван написал давнему другу и попросил приехать, чтобы обсудить будущее Филиппа. Белл, сотрудник министерства внутренних дел, лучше всех подходил для обсуждения этого вопроса. Ближе к вечеру друзья собрались в кабинете поговорить об этом. Эван налил себе и Филиппу бренди, а Белл, который вообще не употреблял алкоголь, попросил себе чаю.

Эван уже дважды начинал что-то говорить, но вдруг замолкал, глядя в окно. Почему-то ему казалось, что он видит Тею верхом на Алабастере, которая мчится по лугу: ветер растрепал ее длинные темные волосы, лицо раскраснелось. Он вроде бы даже слышал ее смех.

После отъезда Теи особняк погрузился во мрак, из него словно исчезла жизнь. Они с Филиппом изредка обменивались парой фраз. То, чем занимался Эван для своего удовольствия до того, как в особняке поселилась Тея, больше его не привлекало. Ни в чем он не видел теперь смысла. До появления Теи его вполне устраивали обеды в одиночестве, но теперь, когда Хамболт обслуживал его, Эван остро ощущал ее отсутствие, ему не хватало ее смеха, шуток, коварных вопросов и остроумных ответов. Теперь ее место за столом занял Филипп, но даже общество давнего друга не могло восполнить отсутствие Теи.

Она так непредсказуема и чужда условностям. Еще совсем недавно Эван считал это для себя неприемлемым, но теперь, глядя на то место, где должна была сидеть она, он ощущал пустоту. За несколько недель он привык к ее обществу, к их беседам.

Правда заключалась в том, что он написал Беллу в надежде, что тот скрасит его одиночество. Обычно в это время года Эван возвращался в Лондон повидаться с матерью, встретиться с друзьями и посетить праздничные приемы, куда его приглашали, но сейчас решил остаться в имении из-за скандала в газетах. Прежде чем возвращаться в город, нужно дождаться, чтобы суматоха утихла. В глубине души он все-таки надеялся, что Тея передумает и согласится принять его предложение. Эван оставался в имении, день за днем напряженно ожидая нового письма от лорда Блэкстоуна с сообщением, что Тея передумала. Занятие совершенно бессмысленное, и Эван не мог объяснить даже себе, почему надеется на такое письмо, но не был в силах ничего с собой поделать. И да, он чертов болван, потому что никакого письма не было, а прошло уже почти две недели.