Книга Алхимия и ее жертвы, страница 80 – Флавия Майер

— Ах, я так и знала, так и знала! – Ноктис перевёл глаза на неё. – Вчерашнее восстание не привело ни к чему хорошему. Эльфы лишь ругают нас за жестокость, а наш посыл так и остался непонятым! Видите, видите? – Ада ткнула в газету. – Жестокостью ничего не докажешь, лишь наоборот, усугубишь ситуацию. Мои муж и друзья зря старались! Теперь всех не-эльфов ненавидят и подозревают в причастности к беспорядкам!

— Так вы сбежали из того ужаса?

Ада замерла. На лбу выступили капельки пота. Ярость до того ослепила её, что она выдала себя Ноктису. Что теперь о ней подумает призрак? Она нервно сглотнула и смиренно сгорбилась на стуле.

— Мисс, – преспокойно сказал Ноктис, – я не смотритель города, чтобы так пугаться. Я уже по красной пыли на вашей юбке понял, откуда вы.

Ада оглядела платье. Красная грязь прилипла к подолу, напоминая на кровавые разводы. Вчера, в вечерних сумерках, она и не заметила этого. С её губ сорвался вздох.

— Так вы не сдадите меня? – спросила Ада, подняв глаза на призрака.

— Не нахожу для этого причин, – размеренно покачал полупрозрачной головой Ноктис. – Мой удел – свидетельствовать. В свободное время я веду летопись, но не вмешиваюсь в естественный ход событий, какими бы они не были.

— Однако вы помогли мне, – осторожно добавила Ада. – Разве вы не повлияли на ход моей жизни?

— Я говорил про жизнь общества, – уточнил Ноктис, – к которой не имею никакого отношения. Мир живых с его интригами и волнениями со мной, нежитью, не связан. Вы же – жертва законов и предрассудков этой страны. Я же никак не связан с законами этого мира. Ох, бедное дитя!

— Я, во всяком случае, благодарна вам за милосердие, – улыбнулась Ада, – ведь вы знакомы с жестоким миром.

— Мисс, – расслабился призрак, – в этом мире каждый хочет своего. Эльфы требуют беспрекословного подчинения. Они это и получают, так как в их руках сила. Остальные же, как я понял, требовали равенства и справедливости, но силы их подавлены более могущественной стороной. Возможно, через столетия я запишу, как эльфы приняли остальные расы, но такого я пока не засвидетельствовал.

— Эльфы ещё не готовы принять тот факт, что, при должном воспитании и обучении, мы будем с ними наравне. Я воспитывалась мудрейшим эльфом и изобрела то самое зелье, потому за мою голову назначили награду. Только не говорите об этом никому.

— Последнее я сохраню в тайне, – пообещал Ноктис и осмотрел Аду. – Но что вы изволите делать сейчас?

Ада опустила взгляд на пол. Будущее виделось туманным. Куда ей идти, что делать? Вопрос терзал полуэльфийку, а ответ так и не приходил.

Как бы душа ни склонялась к этому, разум и данное Ламлису обещание побуждали продолжать заниматься наукой. Каким предательством было бы пренебречь долгом перед покровителем! Он верил в её ум и воспитывал долгие годы, а теперь она бросает старое занятие? Непростительно! Это убеждение теснилось с предыдущим.

Ада металась от одного варианта к другому: если бросить алхимию, то судьба остальных и её самой перейдет в распоряжение случая. Если же продолжит, то велика вероятность снова навредить окружающим. На что ей решиться, чтобы обрести счастье?

Ада рассудила, что по доводам совести и долга перед Мастером не бросит алхимию. Широкие познания и гибкость ума более располагали к этому, а изданная ею книга окончательно упрочнила это решение. Это её призвание. Её смысл жизни – делать открытия. Ада выпрямилась и, набрав воздуха, заявила: