Книга Алхимия и ее жертвы, страница 79 – Флавия Майер

— Я пришла сюда, не для того, чтобы свести счёты с жизнью!

Ноктис добродушно улыбнулся и размеренно произнёс:

— Теперь я вам верю. Тогда примите мое предложение отдохнуть на диване. Вид у вас измождённый, сон облегчит ваши волнения.

Ада кивнула. Жестом волшебной руки призрак предложил ей орехов: единственную возможную еду для гостьи. Полуэльфийка покачала головой: голод её пока не одолевал. Она расположилась на диване и, закутавшись в пледы, попыталась устроиться на диване. В домик вошёл ещё один призрак, смотритель кладбища. Он тоже магией взял фонарь у Ноктиса и, задержав на полуэльфийке взгляд, вновь вышел на улицу. Сам Ноктис разместился у окна и при свете волшебной лампы делал записи в книжечке.

Ноктис проявил к ней большую милость. В нём сочеталось неласковое обращение с сомнительными гостями и проницательность в отношении несчастных. Хоть это и была его работа, Ада приписывала это к светлым качествам души. Она радовалась, что он согрел её и дал ночлег.

Мысли метались, не давали уснуть. Завтрашний день виделся ей таким же облачным и холодным, как и вид из окна. Если бы она вчера знала, что сбежит на кладбище, чтобы уберечься от верной гибели! Но что об этом думать сейчас? Всё уже случилось. К сожалению, не придумали такой магии, которая обращала бы время вспять. Она и не нужна Аде: теперь ей нужно действовать так, чтобы прийти к новой, лучшей жизни. Она начнет всё сначала, не допустит былых ошибок. Об этом Ада обещала себе подумать на свежую голову, с тем и заснула.

Следующие дни Ада все время спала в доме Ноктиса. Сил ни на что не хватало. Недавние события постоянно являлись ей в кошмарах, которые непрестанно мучали ее. Тело прадало в дрожь, а воспоминания затягивали в пучину боли. Ей до сих пор не верилось, что это с ней произошло, отчего у нее болела душа. На третий день Ада встала встретила с восходом солнца. Она заметила за окном красную пелену. Полуэльфийка закуталась в платок и вскочила к окну. Легкая красная дымка простиралась вдоль забора кладбища. Природа этого явления ей известна: туман тянулся с Антас-Энда. Она склонила голову и замерла: вчерашние события вновь предстали перед мысленным взором.

Ноктис дописывал что-то в книжечке. Свеча почти догорела. Рядом на столе лежала вчерашняя газета. Он отложил перо и ободряюще сказал:

— Доброе утро, мисс! Как вы себя чувствуете?

— Доброе, – Ада чуть поклонилась. – Мне уже спокойней.

— Приятно слышать, – Ноктис перевёл взгляд на окно. – Видите это явление? О нём вчера писала главная газета. – Ноктис взял газету волшебной рукой и притянул к себе. – Только гляньте на название: "Недовольства рабочих: беспорядки в Антас-Энде привели к массовым смертям". Вряд ли я в полной мере понял произошедшее, но не-эльфы наверняка затеяли революцию. Я уже ознакомился со статьей для своей летописи. Хотите прочитать?

Ноктис протянул газету, и Ада едва ли не выхватила ее. В статье говорилось, что вчера в полдень жители Антас-Энда устроили беспорядки с применением новейшего взрывчатого вещества. Писали, что восставшие забыли о рассудке и потребовали слишком многого. Тысяча человек погибла от мучительной красной сыпи – одного из побочных действий ранее невиданного красного вещества. Оскорбительные выражения в адрес не-эльфов за их наглость и непозволительное поведение вынудили Аду стиснуть газету, но она продолжила её изучать. Между строк читалось, что десятки находятся в розыске. Тому, кто найдет изобретателя этого взрывчатого вещества, что применялось в беспорядках, назначили огромную награду. То ли её зовут мисс Гастингс, то ли миссис Хоринет, то ли как-то ещё. Словом, подлинное имя в статье не значилось. Ада пролистала газету взад и вперёд, но к своей досаде не нашла список погибших. Она скривилась, шлепнула газету на стол и громко заявила: