Книга Невеста-наследница, страница 152 – Мэдлин Хантер

— Ты обещаешь, что отложишь отъезд за границу до моего возвращения? – спросил он.

Айрис наконец подняла на него глаза. Ее поразили нежность и искренность в его взгляде. Николас был необычайно красив. Такой сильный, такой замечательный…

— Я дождусь тебя и только потом уеду.

— Хорошо.

Николас проводил ее к кебам и, усадив в один из них, расплатился с кучером.

Когда экипаж тронулся, она взглянула на него из окна.

— Узнав обо всем, я не могла… не могла поступить иначе…

— Понимаю. Ни один честный человек не мог бы.

Николас, Чейз и Кевин оставили лошадей отдыхать на конюшне постоялого двора, а сами пошли освежиться элем. В это время в трактире было немноголюдно, и они заняли свободный стол.

— Мы доберемся еще до наступления темноты, – сказал Чейз.

Николас и Кевин кивнули. Это был не самый приятный визит. В записке, которую получил Николас, сообщалось, что дяде Квентину осталось жить, вероятно, не больше недели.

— Пока у нас передышка, мне есть что сообщить вам, – продолжал Чейз. – Я получил новости об Аткинсоне.

Услышав имя своего делового партнера, Николас насторожился.

— Вчера вечером пришло письмо от Джереми, – рассказал Чейз. – Аткинсон уехал, сообщив управляющему, что направляется в Шотландию. Но Джереми подкупил лакея из дома Аткинсона, и тот признался, что его хозяин поехал не в Шотландию, а в Лондон.

Кевину не понравилось это известие.

— Теперь я понимаю, почему ты постоянно оглядывался по сторонам, пока мы ехали, Чейз. Высматривал за деревьями дуло мушкета?

— Что-то в этом роде. Тебе и вправду нужно проявить осторожность, Николас. Аткинсон может быть опасен. Приезд нового управляющего и смещение старого, несомненно, привели его в ярость. Вероятно, что-то подобное заставило его в свое время напасть на дядю Фредерика.

— Мы не знаем наверняка, что это Аткинсон убил дядю.

— Некоторые его отлучки совпадают по времени с покушениями на тебя. Кстати, Аткинсона не было на фабрике, когда дядя упал с крыши. Мы склоняемся к мысли, что это он виновен в его гибели.

Говоря «мы», Чейз имел в виду себя и Минерву. Однако у них не было никаких доказательств, что за всеми злодеяниями стоял Аткинсон. У них не было даже доказательств самого злодеяния.

— Я буду бдителен и осторожен, – пообещал Николас. – А теперь нам пора в путь.

Через два часа они подъехали к дому Квентина. Траурной ленты на двери не было. Похоже, они прибыли вовремя, чтобы успеть проститься с дядей. Молодые люди передали лошадей конюхам и поднялись по лестнице. Лакей проводил их в библиотеку и попросил подождать.

— Я полагаю, что Уолтер и Дуглас уже здесь, – сказал Николас. – А дяди в пути.

— Дядя Феликс и Филипп едут в карете, – сообщил Чейз.

— Мой отец не приедет, – сказал Кевин. – Он не был на похоронах дяди Фредерика и не хочет присутствовать при кончине дяди Квентина. Отец категорически отказывается покидать дом в Лондоне. Мне кажется, его эксцентричность уже граничит с безумием.

Николас и Чейз переглянулись. Если бы не Розамунда, которая знала способы справляться с его характером, Кевин, возможно, через какое-то время пошел бы по стопам отца. Но Розамунда умела вытаскивать его из пучины собственных мыслей. В последнее время его почти можно было назвать общительным.

Чейз подошел к окну.