Книга В тебе моя жизнь..., страница 222 – Марина Струк

— Взяла ты свой крест, тебе и несци яго. Тихо, касаточка моя, тихо. Недобра зараз слезы лить. Поздно ужо. Хутка твой муж придет. Рыхтавацця трэба^[172].

Марина молча поднялась, и нянечка, кликнув Дуньку, что тоже пришла с ней в спальню да не решалась к барышне подходить, принялась раздевать девушку. Платье сняли и убрали в чехол, чтобы завтра поутру проверить, нет ли каких пятен, и почистить в случае чего. Фату сложили в коробку, чтобы сохранить ее на будущее. Затем с Марины сняли корсет и нижние юбки, облачили в капот.

Едва они успели разобрать прическу Марины и свободно распустить ее локоны, как двери распахнулись, и на пороге возник Анатоль в бархатном шлафроке. Белоснежная рубашка под ним была полурастегнута, и Марине бросилась в глаза обнаженная кожа, что ее смутило донельзя и заставило отвести глаза в сторону.

— Пошли прочь, — коротко и тихо сказал Анатоль Дуньке и Агнешке и, когда те по возможности быстро прошмыгнули мимо него, плотно закрыл за ними двери. Так и остался стоять спиной к Марине, прислонившись лбом к дереву.

Марина не знала, как себя вести с ним, что делать. Затянувшееся молчание действовало ей на нервы, а то, что он не поворачивается к ней лицом, а лишь стоит у двери и сжимает ладонь в кулак, что она отчетливо видела со своего места. Сжимает и разжимает, опять сжимает и разжимает…

— Прекратите, прошу вас, — резко сказала Марина, доведенная до крайности этим повторяющимся жестом, который пугал ее не менее, чем тот взгляд, которым окинул ее обернувшийся Анатоль. — Прекратите, — уже не так резко попросила она, надеясь смягчить его, снять напряжение, возникшее в комнате.

Анатоль вдруг быстро подошел к ней и схватил ее за плечи, поглаживая ее кожу сквозь тонкую ткань капота большими пальцами. Он смотрел ей в глаза так внимательно, словно намеревался что-то в них отыскать. Марина уловила слабый запах алкоголя и поняла, что пока ее переодевали, он пил. И пил, видимо, немало — внезапно он резко прижал ее к себе, обхватив ее за талию, и сам едва удержался на ногах от этого движения.

Не в силах выносить запах алкоголя, который неожиданно вызвал у нее легкую тошноту, Марина неосознанно отвернула от него лицо. Это невинное движение разозлило его. Он схватил ее подбородок пальцами и снова развернул к себе, приподняв вверх, заставляя посмотреть в свои глаза. При этом он слишком сильно сжал ее кожу, и она не могла удержаться.

— Вы делаете мне больно! — с этими словами она ударила Анатоля по удерживающей ее лицо руке. Его зрачки расширились, заслонив почти полностью радужную оболочку глаза, и она вдруг осознала, что сделала это совсем зря. Он еще теснее прижал ее к своему крепкому телу, но теперь его рука сместилась вниз, на ее грудь. Марина застыла, но ничего не сказала, лишь опустила глаза не в силах долее смотреть ему в лицо.

— Смотри на меня, — проговорил он, но Марина лишь качнула головой. — Смотри на меня!

Он опять поднял руку и схватил ее за подбородок, заставляя поднять на него глаза.

— Смотри на меня! На меня! Лживая лицемерная тварь! Посмотри мне в глаза. Или не можешь? Или в тебе вдруг проснулась совесть?

Вот оно! Кусочек головоломки встал на свое место. Он знал. Марина не ведала, откуда Воронину стало известно, но он знал о ее положении. С ее плеч словно камень упал. Больше не надо лжи, не надо уверток. Конец… Марина не смогла сдержать нервной улыбки облегчения на своем лице, так велико было напряжение, которое держало ее в своих руках последний месяц, а уж говорить про сегодняшний день и вовсе не стоит.