Онлайн книга «Обрученные судьбой»
|
Ксения опустилась на колени перед ликами в углу, которые так и не убрали с полки, несмотря на ее отъезд. Даже лампадка по-прежнему горела тускло, то и дело мигая огоньком ей. — Благодарю, святая Богородица, — добавила по окончании привычных ей молитв о здравии, что читала едва слышно, Ксения. — Благодарю, что сохранила его от всех невзгод и опасностей, что подле меня он…. Береги, прошу, и дале его от хвори, от кумохи, что хватается за раненого… убереги его… Стукнула тихонько Збыня в дверь, посланная Эльжбетой, спросила, не голодна ли Ксения, не надобно ли ей чего. От еды та отказалась, только попросила воды свежей, чуть подогретой, чтобы смыть с рук и лица кровь Владислава, которой перепачкалась поутру. Тихо плескала после, словно с себя все напасти, что случились ныне, смывала этой чистой прозрачной водой, то и дело оглядывалась на Владислава при том, опасаясь прервать ненароком его сон. А потом, переменив рубаху и закутавшись в вязаную шаль, присела на край постели, стала глядеть в лицо, такое родное, такое любимое, что даже горло сжималось от волнения, что он так рядом. Пальцы так и горели огнем коснуться его, откинуть с высокого лба черные пряди волос, провести по резко очерченному прямому носу, поперек линии усов и губ, по подбородку, где в центре виднелся след, некогда оставленный ею. А после вниз — по шее, мимо бьющейся жилки на шее, по плечу с бугрящимися по повязкой мышцами, по груди до кромки покрывала, которым был укрыт Владислав. И губ вдруг захотелось коснуться губами, ощутить их сладость и обманчивую мягкость, запустить ладони в волосы при том, прижаться всем телом к его груди. Но она не пошла на поводу у этого желания, хотя и тронула мимолетно его лоб, проверяя нет ли горячки, а потом положила ладонь на его грудь, ощущая, как бьется его сердце. Важнее этой пульсации нынче для нее не было ничего. Лишь бы его сердце билось под ее ладонью, никогда не прерываясь, даже на миг! Милый мой, моя лада, мой ясный, прошептала бы Ксения нынче, если бы не боялась потревожить его. Моя радость, мое солнце в вышине неба… Как же были мои дни пусты без тебя! Как сумрачно и холодно было в жизни моей, как тоскливо! Только возле тебя так бьется сердце в груди… только для тебя одного… Ксения открыла глаза, когда в комнату уже вползли сумерки, и единственным источником света был тонкий мигающий огонь лампадки у образов в углу. Сама не заметив того, уснула, видать, на краю постели, когда сидела подле Владислава, сторожа его сон. Золото ее распущенных волос разлилось волнами по покрывалу, мужские пальцы медленно перебирали пряди, пропуская их между собой, наслаждаясь их мягкостью, вдыхая еле уловимый аромат цветов и трав, что шел от них, от которого так кружилась голова. Ксения медленно подняла голову и взглянула в глаза Владислава, чувствуя, как ее затягивает омут его темных глаз. Они долго смотрели друг на друга, не говоря ни слова, а потом он тихо произнес: «Моя драга…». И она вдруг заплакала от той нежности, что услышала в его голосе, уткнувшись лицом в его широкую ладонь, ощущая, как распирает ее сердце от счастья, захлестнувшего ее в этот миг с головой… 1. Тут: беспомощного (старорусск.) 2. По своей воле (старорусск.) 3. Тут: близкий, родной (старорусск.) |