Книга Обрученные судьбой, страница 667 – Марина Струк

Как можно быстрее, стараясь не оглядываться назад, на сидящего у дерева Владислава, Ксения подозвала к себе свистом Ласку, нервно подрагивающую, не стоящую спокойно на месте. До вотчины Ежи несколько верст, не более трех, но ныне эти версты казались ей чуть ли не в дневной переход. Она гнала Ласку по сквозь снег, сжимая с силой поводья, склоняясь в самой шее лошади, даже не думая, как рискует ныне такой скачкой в непогоду. Больно врезался вдруг при том перстень в кожу большого пальца, и она бросила мельком взгляд на него, а потом резко натянула поводья, останавливая Ласку.

Перстень ордината. Это был перстень ордината с высеченным в темном камне гербом рода Заславских. Это был не знак для людей Владислава, для того сгодился бы любой перстень с его руки. Это был дар для Анджея, как для сына, как для того, кто встанет во главе рода вместо Владислава, когда того не станет.

Кровь, много крови на снежном полотне лесной дороги. Тревога и волнение лошади, что так ясно ощутила Ксения, уже сидя в седле и направляя Ласку прочь из леса. Сабля у правой руки, как готовность дорого отдать свою жизнь. Его глаза, прощающие и прощающиеся с ней. Ласковый успокаивающий шепот и короткая ласка напоследок. Его решимость увести ее из леса, отослать прочь от той опасности, что нависла темной тучей над ними.

— Святый Боже, нет! — прошептала Ксения и стала разворачивать Ласку назад, легко преодолевая то сопротивление, с которым та пошла обратно к лесу. На ходу зарядила самострел, что отвязала от луки седла, едва не свалившись при том с лошади, приготовившись стрелять в случае нужды. А потом закусила губу, чувствуя, как расползается в груди страх, наполняет душу до краев, когда тишь морозного утра разорвал волчий вой. Ксения крепче сжала самострел и пустила Ласку еще быстрее, понукая ее все же бежать против ее воли к кромке леса, где остался Владислав.

Стая была большой: вожак, его волчица и семь остальных хищников разного размера, распределившихся вокруг своей намеченной добычи, наблюдая за действиями вожака. Но первым прыгнул вовсе не крупный самец, явно лидер в этой стае. Первым прыгнул на Владислава молодой волк, меньше размерами вожака, что и спасло шляхтичу жизнь — он успел отбросить от себя метившего в горло хищника, а после рубануть саблей, разрубая хребет. На это ушли остатки сил, и он застонал от отчаянья, когда обессилено упала правая рука в снег.

Тут выступила вперед волчица, застыла на миг напротив Владислава, глядящего пристально в ее светлые маленькие глазки. Глаза самой смерти, ведь эта скалящая зубы волчица спустя миг вцепится в его горло, сомкнет свои челюсти, перерывая нить его жизни, и увы, он будет совершенно беззащитен перед ее атакой, даже руки не сможет поднять.

Волчица прыгнула, и Владислав закрыл глаза, воскрешая мысленно лицо Ксении — ее небесно-голубые глаза, золото волос и неповторимую улыбку. Только так он хотел уйти — имея перед глазами ее облик. А потом открыл глаза, когда прямо перед ним с громким ржанием на снежное пространство дороги вылетела маленькая лошадка Ксении, сбивая волчицу прямо в прыжке. Фьюить! Резко пущенная стрела вонзилась хищнице прямо в шею, навсегда оставляя ту на снегу.

Ксения спрыгнула с седла, едва не запутавшись в длинных юбках, хлопнула Ласку по боку, пуская ту прочь от хищников. А потом в один миг подскочила к Владиславу, пытаясь на ходу зарядить следующей стрелой свой маленький самострел.