Книга Таинственный незнакомец, страница 85 – Лиза Клейпас

А вот Гаррет, которую нагота никогда не приводила в замешательство, занервничала, застеснялась и задрожала от желания.

Прежде чем вернуться в постель, Этан осмотрел мелкие вещицы на ее туалетном столике: перламутровые расчески и щетки для волос, салфетку под лампу, которую она сама вышила еще в школе, коробочку со шпильками с вязаной крышкой – давнишний подарок мисс Примроуз, маленький фарфоровый кувшин с бальзамом из миндального масла – и задержался взглядом на паре крохотных детских варежек, висевших в рамке на стене.

— Это мама связала для меня, – с грустью сказала Гаррет. – Наверное, глупо было вешать их на стену, но у меня мало что осталось на память о ней. Она была рукодельница.

Этан сел на кровать и, поднеся ее руки к губам, поцеловал сначала каждый палец, а затем ладони.

— Значит, вот от кого ты это унаследовала.

Она потянулась к нему и прижалась щекой к его густым волосам.

— Ты принес картину?

— Оставил у двери.

Гаррет бросила взгляд в сторону двери и увидела прямоугольный сверток, прислоненный к стене.

— Можно посмотреть?

— Потом. Одному богу известно, зачем она тебе. У обезьяны вид убийцы.

— Думаю, у нее есть для этого причины. – Гаррет взглянула Этану в лицо. – Сиденье велосипеда может стать причиной опрелостей и онемения в промежности.

Почему-то ее слова показались ему более смешными, чем того заслуживали. В глазах заплясали веселые огоньки, а на щеке появилась ямочка. Гаррет не сдержалась и коснулась ее кончиком пальца, а потом и губами.

— Каждый раз, когда вижу ее, мне хочется ее поцеловать.

— Что поцеловать?

— Ямочку на щеке.

Вид у Этана был откровенно озадаченный.

— Нет у меня никаких ямочек.

— Нет, есть! Она появляется, когда ты улыбаешься. Тебе никто не говорил об этом?

— Нет.

— Ты что, не видел себя в зеркале?

В уголках его глаз собрались морщинки.

— Обычно я не улыбаюсь, глядя на себя в зеркало.

Он положил руку ей на затылок и жарко, жадно поцеловал. Гаррет открылась навстречу ласковым движениям его языка. От его особого вкуса у нее закружилась голова. Этан бережно уложил ее на кровать и не торопясь стал целовать. У Гаррет возникло ощущение, что ее поджаривают на медленном огне.

Она неуверенно дотронулась до волос на его груди – мелкие завитки пружинили под пальцами, а затем обняла его и, ощутив прекрасно развитые, рельефные мышцы на спине, широко открыла глаза от удивления.

— О боже!

Этан вопросительно посмотрел на нее.

— Твои трапециевидные и дельтовидные мышцы просто загляденье! – мечтательно произнесла она, погладив его по спине. – И латиссимус дорси так же прекрасны.

Он не выдержал и захохотал, распуская ленту на ночной рубашке.

— Ты меня смущаешь такими пышными комплиментами.

Опираясь на руки, он навис над ней и, просунув колено между бедрами, заставил раздвинуть ноги. Почувствовав легкие, мимолетные поцелуи на своей только что обнаженной груди, Гаррет задышала глубже, а биение пульса участилось. Рэнсом тем временем проник к ней под рубашку, блуждая по телу руками, а потом и вовсе стащил с нее эту последнюю одежду. Теперь она оказалась абсолютно обнаженной, и Этан накрыл ее своим телом – одновременно шершавым и гладким, жестким и шелковым. Рэнсом полностью контролировал себя, уводя ее в другую реальность, где он был мастером, а она новичком.