Книга Таинственный незнакомец, страница 84 – Лиза Клейпас

Остановившись перед картиной с обезьяной, Этан принялся внимательно ее разглядывать. Это был рекламный постер какого-то продукта, название которого оторвали. Скалящая зубы обезьяна в цилиндре крутила педали, а зрители, которые держались на расстоянии, за ней наблюдали. Глаза животного были полны меланхолии… или безумия? Этан не мог решить с полной уверенностью. А где инспектор манежа? Тот, который одел животное в костюм, посадил на велосипед, – он за кадром? А когда обезьяна устанет, ей будет позволено остановиться?

Почему Гаррет попросила его принести эту проклятую картину? Думала, что она откроет какую-то тайну о нем? Этого не произойдет, слава богу! Этан решил, что Гаррет никогда не увидит это изображение. Все только усложнится, если показать его ей. Почему он оставил эту картину на стене? Зачем вообще упомянул про нее в разговоре с Гаррет?

Для них двоих будет лучше, если сегодняшней ночью он исчезнет. Он может переехать на другой конец света, сменить имя, стать кем-нибудь еще. Бог знает, вдруг это поможет продлить ему жизнь? А Гаррет достигнет еще большей известности: возможно, построит новую больницу, будет учить, вдохновлять, выйдет замуж, родит детей.

А для Этана она останется как сон в темных уголках памяти. Определенные слова будут вызывать воспоминания о ней, как и трель полицейского свистка, и запах фиалок, и взгляд зеленых глаз, и небо, взрывающееся фейерверком, и вкус лимонного мороженого.

Этан потянулся к картине, но вдруг выругался и отдернул руки.

Если он пойдет к ней… Господи!.. Представившиеся возможности наполнили его страхом и ощущением чуда. И надеждой – этим смертельным чувством для человека его профессии.

Какова цена одной ночи? И чего это будет стоить им обоим?

* * *

Сквозь сон Гаррет почувствовала, как нежная теплота коснулась ее лица, будто упал согретый солнцем лепесток. Щеку обдало жарким дыханием. Этан! Улыбнувшись, она перевернулась в постели, в первый раз ощутив, насколько приятно просыпаться в присутствии другого человека. От него пахло ночным воздухом и туманом. Что-то сонно пробормотав, она потянулась к нему за бархатной лаской, губами перехватив поцелуй, решительный и сладкий. Тело под простыней выгнулось в предвкушении.

— Я не слышала тебя, – тихо сказала она.

Гаррет спала чутко, а пол у нее в комнате скрипел. Как ему удалось так тихо подобраться?

Склонившись над ней, Этан погладил ее по волосам, собранным на затылке и перевязанным лентой, а затем окинул взглядом фигуру в простой белой ночной рубашке. Он осторожно положил руку ей на грудь, кончиком среднего пальца коснувшись впадины над ключицей, где осязаемо бился пульс. Его взгляд вернулся к ее лицу.

— Гаррет… если мы сделаем это, нам станет лишь хуже.

Прижав губы к его подбородку, она вдохнула чудесный мужской запах, потерлась щекой о недавно выбритую щетину и попросила шепотом:

— Сними с себя все.

Рэнсом нервно сглотнул, потом набрал в грудь воздуха и поднялся, а Гаррет села на постели, чтобы понаблюдать за ним.

Он раздевался без спешки: снимал одну вещь за другой и просто бросал на пол.

У него было самое прекрасное тело, какого Гаррет еще не видела: гладкое, ухоженное, с длинными руками и ногами, широкими плечами и грудью. Мышцы тугие и блестящие, словно полированные, благодаря многолетним жестким тренировкам. Она уже знала, что Этан одарен мужской статью, но это было не то же самое, что увидеть его воочию. О, это было что-то! Красавец! Красавец с головы до ног! Мощный мужчина в самом расцвете, абсолютно не стеснявшийся своей наготы.