Книга Непокорная невеста, страница 44 – Лиза Клейпас

— О чем вы? – неуверенно спросила Кассандра.

— Это… чувство, – он произнес слово «чувство» так, словно это было какое-то ругательство. – Я не знаю, как его назвать. Но вы для меня слабость, которую я не могу себе позволить.

Припухшие губы Кассандры стали невероятно чувствительными, словно от легкого ожога.

— Мистер Северин, я…

— Назовите меня по имени, – перебил он, словно не сдержался. – Хотя бы раз! – и после некоторых колебаний добавил более мягко: – Пожалуйста.

Они стояли неподвижно, их дыхание стало одним целым.

— Ваше полное имя Томас? – нерешительно спросила Кассандра.

Он покачал головой, пристально глядя ей в глаза:

— Зовите меня Том, просто Том.

— Том, – она неуверенно протянула руку и нежно коснулась его худощавой щеки. – Полагаю, мы больше никогда не будем с вами танцевать?

— Нет.

Ей так нравилось прикасаться к нему!

— Танец был великолепен, хотя, думаю, неприятие вальса сохранится у меня навсегда.

В сумраке, среди теней, казалось, что его угрюмое и задумчивое лицо могло принадлежать какому-нибудь демону из потустороннего мира. Могущественный, замкнутый, загадочный, он повернул голову и коснулся губами ее запястья с нежностью, которая предназначалась ей одной.

Убедившись, что она твердо стоит на ногах, он выпустил ее из объятий и пошел за туфлей, которую она сбросила с ноги и швырнула в дерево.

Пытаясь избавиться от ощущения, что недавно пробудилась ото сна, Кассандра стала приводить себя в порядок: разгладила юбки и заколола шпилькой выбившиеся из прически пряди.

Том подошел к ней с туфлями в руках. Она потянулась к нему, намереваясь забрать их, да так и осталась стоять. Они теперь оба держались за украшенные бисером бальные туфельки.

— Вы собираетесь отправиться в свою комнату босиком? – спросил Том.

— У меня нет выбора.

— Могу я вам чем-нибудь помочь?

Кассандра покачала головой.

— Я могу сама незаметно проскользнуть наверх, – она издала короткий смешок. – Как Золушка, только без тыквы.

Он вопросительно склонил голову в своей обычной манере:

— У нее была тыква?

— Да, разве вы не читали эту сказку?

— В моем детстве почти не было сказок.

— Тыква была ее каретой, – объяснила Кассандра.

— Я бы порекомендовал более долговечное средство передвижения.

Она прекрасно понимала, что не было никакого смысла объяснять прагматичному человеку магию сказок.

— Золушка не имела возможности выбирать себе ни средство передвижения, ни обувь, – сказала Кассандра. – Бедняжка. Я уверена, что эти хрустальные туфельки были сплошным мучением.

— А как же мода? – напомнил он ей.

Кассандра улыбнулась:

— Я передумала насчет неудобной обуви. Зачем хромать, когда я могу танцевать?

Но он не улыбнулся в ответ, только задумчиво посмотрел на нее и слегка покачал головой.

— Что-то не так?

— Совершенство в жизни недостижимо. Подавляющее большинство математических истин невозможно доказать. Математические зависимости в основе своей неизвестны. Но вы… босиком, в этом платье – совершенство, – проговорил он вдруг севшим голосом.

Чуть наклонившись, он поцеловал ее, и в прикосновении его губ она ощутила огонь желания. Волна удовольствия прошла по ее телу, словно электрический разряд, учащенное биение сердца заглушило все звуки. Туфли выпали из ослабевших пальцев, когда она приникла к нему всем телом, а его сильные руки крепко сжали ее в объятиях.