Книга Эпоха невинности. Итан Фром, страница 162 – Эдит Уортон

Случались, однако, моменты, когда ему приходилось нелегко, к примеру, вызов его к мистеру Леттерблеру на следующий день после отбытия мадам Оленска в Вашингтон – старший партнер пожелал обсудить с ним детали поручительного договора о денежном содержании, которое миссис Мэнсон Мингот хотела назначить своей внучке. В течение нескольких часов Арчер вместе с Леттерблером изучал условия договора, все это время смутно подозревая, что консультация его потребовалась по причине иной и менее очевидной, чем его родство с выгодоприобретательницей, и что под занавес обсуждения эта причина будет раскрыта.

— Что ж, леди не сможет отрицать, что поступили с ней весьма красиво и благородно, – заключил мистер Леттерблер, вполголоса пробормотав строки резюме договора. – Вообще, должен сказать, что все вокруг обошлись с ней красиво и благородно.

— Все вокруг? – эхом и с некоторой издевкой повторил Арчер. – Это вы в том числе и про предложение ее мужа отдать ей ее собственные деньги?

Мохнатые брови мистера Леттерблера едва заметно приподнялись:

— Мой дорогой сэр, закон есть закон, а кузина вашей жены сочеталась браком согласно французскому законодательству. Полагаю, что ей были известны положения французского закона.

— Если они и были ей известны, то произошедшее впоследствии… – Но тут Арчер осекся и замолчал. Мистер Леттерблер, прижав пишущую ручку к своему крупному, бугристому носу, глядел на него с тем выражением, каким пожилые джентльмены показывают молодым сосункам, что доблесть и невежество вовсе не одно и то же.

— Мой дорогой сэр, я вовсе не склонен извинять графу его проступки, но… но, с другой стороны… не поручусь, конечно, но… там могла быть ситуация, так сказать, зуб за зуб… с неким молодым рыцарем. – Мистер Леттерблер отпер ящик и подвинул к Арчеру сложенный листок. – Это донесение, плод осторожных и тщательных изысканий… – И когда Арчер не дал себе труда ни заглянуть в бумагу, ни отвергнуть предложение это сделать, старый юрист решительно продолжил: – Не говорю, что это убедительно, нет, далеко не так, но ведь и соломинка, знаете ли, показывает, откуда ветер дует… И в целом для сторон в высшей степени удовлетворительно, что достигнуто столь достойное решение.

— О да, в высшей степени, – согласился Арчер, отодвигая от себя бумагу.

А день или два спустя он поспешил на вызов миссис Мэнсон Мингот, где ему пришлось выдержать испытание еще более тяжкое.

— Ты знаешь, что она оставила меня? – с места в карьер, не дав ему опомниться, спросила его старая дама и, не дожидаясь его ответа, продолжала: – О, не спрашивай меня, почему! Она столько причин назвала, что голова моя их не удержала. Сама-то я считаю, что ей попросту стало очень скучно. Во всяком случае, Огаста и мои невестки думают, что причина в этом. И не могу сказать, что я так уж ее виню. Оленски, несомненно, законченный негодяй, но жизнь с ним, уж наверно, была повеселей, чем на Пятой авеню. Семья ее, конечно, это не признает, их послушать, так выходит, что наша Пятая авеню – это райские кущи со всеми удовольствиями Рю де ля Пэ вдобавок! О том, чтобы возвратиться к мужу, бедная Эллен и помыслить не может. Тут она непоколебима. Собирается обосноваться в Париже и жить там с этой идиоткой Медорой… Что ж, Париж – это Париж, там можно держать выезд, считай, бесплатно. Но она была весела, щебетала, как птичка, и мне будет ее не хватать. – Две слезинки, скупые старческие слезы, скатились по одутловатым щекам и скрылись где-то в глубинах ее грудей. – Единственное, о чем я прошу, – заключила она, – это чтоб они больше меня не тревожили. Хочу спокойно переварить положенное мне за это все… – И она подмигнула Арчеру невесело и как бы с сожалением.