Книга Лорна Дун, страница 272 – Ричард Додридж Блэкмор

А пока я пошел к милой Лорне и рассказал ей обо всем. Она так радовалась, словно сама нашла собственного отца. Но больше всего Лорна гордилась тем, что я сделал, повторяя, что именно благодаря мне произошла эта встреча. Как и всегда, мой труд был вознагражден.

И хотя я желал всем только добра, мой поступок серьезно испортил дела на шахте дядюшки Бена. Карфакс пришел в ярость, когда выяснилось, как подло обманули его товарищи. Мне же он еще раз рассказал все подробно и поклялся, что отныне будет моим верным другом и рабом навеки.

Произошло же вот что. Карфакс оставил Гвенни спящей и сытой со своей шляпой, намереваясь вернуться через час, чтобы договориться с кем-нибудь из местных жителей о жилье и, позаботиться о том, чтобы за дочкой присматривали. Но именно этого с самого начала и не хотели шахтеры, которые пригласили его из Корнуола как прекрасного специалиста. Ведь главным в их деле теперь становилась конспирация. О каких тайнах могла идти речь, если бы у Карфакса где-то в соседней деревне жила родная дочь? Устроив якобы праздник по случаю прибытия такого известного шахтера, они напоили его и продержали под землей три дня и три ночи. Когда же он приходил в себя и спрашивал о Гвенни, они дружно уверяли его, что с ней все в порядке, она пристроена в хорошую семью и целыми днями играет с деревенскими ребятишками. Не желая показываться перед дочерью пьяным, но успокоившись, он, тем не менее, снова прикладывался к бутылке и пил за здоровье своей малютки.

Однако, на четвертые сутки Саймон наконец протрезвел и почуял неладное. Он вышел из шахты и бросился на поиски пропавшей дочери. Голова его трещала и он, будучи человеком вспыльчивым, сначала посылал в адрес девочки угрозы, но потом перепугался, а вскоре и вовсе отчаялся и просто зарыдал. Он постоянно проклинал себя, и это стало надоедать рабочим. Они сговорились и убедили его в том, что Гвенни, решив навестить отца, подошла ко входу в шахту и так низко наклонилась, что не удержалась и, упав на самое дно, разбилась насмерть.

— А ты был настолько пьян, — сообщили Саймону, — что мы не решились тебя тревожить. Мы сами похоронили ее подальше отсюда в лощине. Но теперь ее нет, забудь об этом и прими еще стаканчик.

Но Карфакс отказался. Он сказал, что вино погубило его жену и последнего из пяти ребятишек, и если так будет продолжаться дальше, то он погубит и свою душу. И с тех пор он больше никогда не прикасался к спиртному. Более того, когда Саймона выбрали главным, он запретил рабочим приносить вино в шахту и пить во время работы. Может быть, строгая дисциплина на шахте и явилась причиной того, что о ней никто не знал.

Сам я никогда не мечтал стать шахтером; что же касается погони за золотом, то состояние, к которому эта страсть привела дядю Бена, было удручающим. Лично я предпочитаю пахать землю и выращивать зерно, а потом собирать плоды своего труда, нежели копаться под землей, как какой-то крот, отыскивая желтый дьявольский металл. И ничто не сможет отвлечь меня от любимой работы, ну разве что вызов на поединок борцов.

А теперь я хочу уточнить еще кое-что для читателя. Родился я в Сомерсете, но по происхождению девонширец. И так как оба графства не хотели признавать, что именно на их территории находится долина Дунов, теперь они с такой же страстью отстаивали свои права на меня, причем каждый с пеной у рта доказывал, будто соседнее графство нагло претендует на то, что знаменитый Джон Рид принадлежит ему.