Книга Лорна Дун, страница 215 – Ричард Додридж Блэкмор

Как только снег растаял, Лорна пришла в нашу маленькую церковь на службу пастора Боудена. Позже она рассказывала, что там ей очень понравилось и она даже вспомнила, что примерно в такую же церквушку ходила еще в детстве вместе с тетушкой Сабиной. Она даже прослезилась во время службы, хотя наш пастор никогда не отличался ни красивым голосом, ни силой убеждения в своих проповедях.

— По-моему, он достойный человек, — заявила Лорна во время службы, отчего матери пришлось кашлянуть, потому что мы не привыкли разговаривать в церкви. — Мне он нравится, но, кажется, он неправильно носит одежду. Я бы немного подправила ее, будь на то моя воля.

Все те, кто мог передвигаться самостоятельно или нанять повозку, прибыли в то воскресенье в нашу церковь. Люди приехали даже из Линмаута, разодевшись в свои лучшие наряды, чтобы только поглазеть на живую представительницу рода Дунов. И все это благодаря длинному языку Джона Фрэя, который не преминул сообщить всем и вся, что Лорна Дун будет присутствовать на службе.

Однако саму Лорну это ничуть не обеспокоило, поскольку она отличалась завидной выдержкой и к тому же не могла себе представить, что такая толпа собралась именно из-за нее. Однако, когда пастор перешел к псалмам, она заметила на себе любопытные взгляды, и тогда просто опустила с бархатной шляпки черную вуаль, оставляя прихожанам любоваться ее алыми губками и белоснежным подбородком. Я взял ее за руку и она сжала мою ладонь. Мы стояли рядом, и не было нам никакого дела до посторонних.

Что касается пастора Боудена, то он всегда точно не знал, как следует проводить службу и надеялся на своего помощника. Я представляю себе состояние несчастного Боудена. Он никогда не отличался точностью, а теперь растерялся и вовсе. Ведь перед ним стояла Лорна Дун, женщина необыкновенной красоты и знатного происхождения, настоящая леди. Она была обручена со мной, а меня уже считали чуть ли не эсквайром, пусть и неофициально. И, кроме всего этого, Лорна принадлежала к католикам, а католическая вера считалась почему-то у наших пасторов верховной. Бедный Боуден твердо уверовал в то, что уж Лорна-то наверняка знает, как должна проходить служба, и теперь старался по ее и моему выражению лица определить, не напутал ли он чего в очередной раз.

Моя мать, взволнованная этими «смотринами» в церкви, попросила Руфь Гекабек подыскать какую-нибудь уникальную шляпку, и кузина постаралась на славу. Это была замечательная шляпа с пером, подобного которому не видывал никто во всем Экзмуре. Птица, которой когда-то принадлежало это перо, называлась то ли «фламинго», то ли «пламинго». По-моему, все-таки, «пламинго» от слова «пламя», потому что оно буквально сияло красноватым отливом и вызвало у прихожан такое восхищение, что многие во время проповеди уже не могли думать ни о чем другом.

Бедная мама не ожидала такой бурной реакции соседей, поэтому, как только мы вернулись домой, она схватила шляпу и засунула ее подальше в шкаф, чтобы больше и не вспоминать о ней. Лорне это показалось довольно странным, и она стояла на лестнице, растерянная и обеспокоенная таким поведением миссис Рид, и только беспомощно улыбалась Энни и Лиззи.

— Не знаю, что случилось с мамой, милая Лорна, наверное, она просто неважно себя чувствует, — попыталась приободрить мою возлюбленную Энни. — А если ее что-то и огорчает, то это, скорее всего, наш Джон. Она всегда переживает, когда он что-то делает не так.