Книга Лорна Дун, страница 101 – Ричард Додридж Блэкмор

Выслушав меня, очередной чинуша скроил такую физиономию, будто я Бог весть как его обидел.

— Джон Рид, — строго вопросил он, — это ваше добровольное желание явиться в присутствие Главного Судьи?

— Разумеется, сэр, по крайней мере, последние два месяца я только об этом и думаю.

— Так тому и быть, Джон Рид, но помни: не обмолвись и словом о том, сколько тебе пришлось ждать, а то неприятностей не оберешься.

— Как же так, сэр? Ведь задержка произошла вовсе не по моей воле.

Но клерк сделал вид, что не расслышал меня, а повел сразу к двери, скрытой за занавесом.

— Если судья подвергнет вас перекрестному допросу, отвечайте только правду, ведь он все равно вытащит ее из вас, — прошептал мне на ухо чиновник. — Помните: не смотрите на него пристально, он этого не любит, и ни в коем случае не противоречьте ему. На двух других судей можете не обращать внимания.

Я поблагодарил его за совет, а он отдернул занавесь, и буквально втолкнув меня в зал, быстро ретировался.

Комната оказалась небольшой, сумрачной, обшитой деревянными панелями. В дальнем углу стояло три обитых бархатом высоких кресла с широкими подлокотниками. Центральное было увенчано балдахином. В креслах сидели трое судей в подбитых мехом мантиях и париках, спускавшихся до плеч. Перед ними был стол, заваленный перьями и бумагами. Однако делами они не занимались, а с интересом слушали судью, сидящего в центре, который, казалось, рассказывал им что-то весьма интересное. Напудренные парики скрывали возраст судей, но рассказчик, хоть и был моложе других, сразу производил впечатление главного. Внешность у него была примечательная: толстый, широкоплечий, с угреватым скуластым лицом и горящими глазами, он поневоле внушал страх любому. Что же касается дворян, как я узнал позже, они его просто ненавидели.

Кроме меня и судей в зале находились несколько адвокатов, которые рылись в папках и бумагах, лежащих на небольшом столе. Создавалось впечатление, что они только-только покончили с каким-то важным делом и никого больше не ожидали. Прежде чем я смог осмотреться, главный судья поднялся и грозно произнес:

— Эй ты, деревенщина, чего тебе здесь надо?

— Зовут меня Джон Рид из прихода Оар в Сомерсете. Привез меня в этот Лондон два месяца назад никто иной, как посланник короля Джереми Стиклз. Я должен дать показания по делу, суть которого мне неизвестна, но, как говорят, имеющего отношение к безопасности Его Величества и благополучию его подданных. Я уже трижды встречался с Его Величеством, но каждый раз кроме предложения отдохнуть от трудного пути ничего не услышал. По целым дням, кроме воскресенья, я околачивался в Вестминстере, надеясь, что меня вызовут, но этого так и не дождался. Теперь я обращаюсь с просьбой к вам: могу ли я, наконец, отправиться домой?

— Бьюсь об заклад, что тебе никогда не приходилось держать столь длинную речь, — сказал Главный Судья. — Должен признать, что ты смелый парень. Я постараюсь помочь тебе, тем более что ты, Джон Рид, как и лондонский Тауэр, всегда окажешься на месте, если понадобишься. К тому же, мне приходится думать и о казне Его Величества, два месяца — срок немалый.

— Помилуйте, сэр. Казна не истратила на меня ни пенса. Я приехал в Лондон и живу здесь на деньги, которые дала мне моя матушка.