Книга Пересечение, страница 8 – София Санчес

— Похоронами займись, поминками, а об остальном я уж сам, — он горько вздохнул.

— Не печальтесь, Андрей Петрович, — с сожалением выдавила та, — горе пережить надобно, время оно лечит.

— Или калечит, — ухмыльнулся тот, глотая ком в горле.

— Ну полно, — развела она руками, — живы будем, все переживём.

Он долго сидел в кабинете, а затем неожиданно вспомнил, что мать указала на шкатулку, говоря о письме по поводу происхождения Марьяны и тотчас поспешил наверх. Тело Анны Степановны уже готовили к погребению и в открытое окно сквозил ветер, Андрей огляделся, подошёл к туалетному столику, где не увидел ту маленькую вещицу, там ничего не было. Он начал озираться, но нигде не находил её и тогда он ухмыльнулся, понимая что верно его опередила Мари, воспользовавшись ситуацией и быстренько унесла шкатулку. Он решил покамест ничего не говорить, не ставить её на место, а дождаться несколько дней, дабы объяснить кто теперича хозяин в доме.

Прошло полмесяца с момента кончины княгини Анны Степановны. Прошли поминки, отпевание, погребение, пролилось немало слёз, все домашние находились в трауре, жизнь в поместье без доброй хозяйки погрузилась в печаль. В тот день Марьяна вместе с Фросей, которую она считала своей няней разбирали в комнате княгини, многое вещи они укладывали в короба, дабы отвести их и раздать нуждающимся. Девушка с заплаканным лицом в чёрном шерстяном платье с лентой в волосах в тон одежде, создавала впечатление призрака. Со дня смерти Анны Степановны она так мало ела, что порой забывала когда это было последний раз, только добрая няня пыталась поддержать в ней жизнь. Марьяне казалось с крёстной умерла одна её половина, а на другой застыла маска весной скорби, ей совсем ничего не хотелось, руки ранее способные на многие вещи, теперича были слабыми. Она похудела, осунулась, потемнела, в больших зелёных глазах пропал огонёк, что согревал обитателей дома, она и сама не знала живёт она или уже существует.

— Вот смотри, — Фрося достала из шкафа одеяло с вышивкой. — Анна Степановна для тебя вышивала.

— Как же мне её не хватает, — с тоской отозвалась Мари, вспоминая как крестная укрывала её этим одеялом.

— Не грусти, девочка, Бог знает что делает, — вздохнула та, пытаясь хоть как то приободрить её. — Не одобрила бы Анна Степановна, ежели бы видела как ты убиваешься.

— Что мне теперича делать? Как жить без неё? — Глаза девушки налились слезами, она всхлипнула.

— Ну полно, — Фрося притянула её к себе и принялась вытирать слезы из распухших глаз. — Андрей Петрович тебя не оставит.

— Ненавидит он меня, — бросила она, отчаянно качая головой, — он не будет со мной возиться, на что ему такая обуза, бросит здесь.

— Не говори ты так, — убеждала её Фрося, — и вообще Анна Степановна тебе завещание оставила. Али забыла?

— Завещание, — протянула Мари, поднимая глаза на неё, — ты думаешь он мне что то отдаст?

— А как же, — развела та руками. — Хочешь я с ним нынче же поговорю и узнаю его планы?

— Поговори, Фрося, поговори милая, — с мольбой в голосе протянула Марьяна, — уж нет мне покоя от этих мыслей.

— Все хорошо будет, тем паче я рядом, — она обняла растерянную девушку, обещая быть всегда рядом.

К вечеру Фрося осторожно направилась к кабинету, где сидел новых хозяин. Она знала, что разговор будет не из легких и подождала когда управляющий уедет из поместья. Постучав в створку, она затаилась прислушиваясь к его шагам, а затем тот недовольно отозвался.