Книга Шестое чувство судьбы, страница 48 – Наталья Барикова

Мужчина только обнял меня и прижав к себе сказал:

— Так будет лучше для тебя, ты потом поймешь меня. Поймешь и, возможно, простишь.

Затем он подвел меня к стоящей рядом Елизавете и когда я повисла у нее на шее, заливаясь слезами, сказал ей:

— Лиза, присмотрите за ней, прошу вас. У меня самолет через час в Смоленск, мне нужно уходить. Берегите ее, она мне очень дорога.

Ян быстро поцеловал меня в макушку и спустя минуту мы с Елизаветой уже сидели на кухне. Я уже не плакала, только безразлично смотрела на стоящий передо мной кофе.

— Соня, Ян правильно сделал. Так будет лучше для тебя. Там сейчас невесть что творится, твоя бабушка сама бы отправила тебя сюда, чтобы жизнь твою спасти. Ты думаешь она сейчас не радуется тому, что ты здесь, в Москве, а не там, где скоро под окнами домов будут расхаживать немцы?

— Она может и радуется этому. Но каково мне знать, что я оставила ее одну, – не моргая сказала я, рассматривая свое отражение в чашке.

В этот момент раздался звонок и открыв дверь Елизавета впустила внутрь Лену и Свету.

— Он успел, слава богу! – заревели девчонки, кинувшись обнимать меня.

— Так это твоих рук дело? – посмотрела я на Свету. – Это ты сказала Яну, что я решила ехать?

— Да, это я сказала, – плача сказала девушка. – Я боялась, что он не успеет и ты уедешь. Я не могла тебя отпустить туда.

— Ты не могла, он не мог, – устало проговорила я, вытерев салфеткой мокрые щеки девчонок. – И в итоге моя бабушка осталась там одна.

Елизавета приготовила нам ужин и так мы просидели вчетвером до самой темноты.

— А оставайтесь сегодня у меня. Места предостаточно, – сказала женщина, убирая посуду.

— Мы с радостью, – переглянувшись ответили девчонки.

Я тоже кивнула в знак согласия. Елизавета постелила девушкам в свободной спальне и закрыла дверь в их комнату, затем вернулась ко мне на кухню.

Я в этот момент крутила в руках ее коробку с сигаретами.

— Вы давно курите? – спросила я, не глядя на женщину.

— С того дня, как дочь похоронила. Это вредная привычка, но она помогает мне успокоить не всегда уравновешенные нервы.

— Можно? – спросила я у нее, доставая из пачки сигарету.

— Я бы не советовала. Это очень вредно, – нахмурилась она.

— Вредно…, задумчиво проговорила я, вертя в пальцах белоснежную сигарету. – Вредно сейчас нервничать. Хочется хоть немного успокоиться, – сказала я и подкурив затянулась терпким дымом.

Не прошло и секунды, как я зашлась кашлем, удивленно посмотрев на Елизавету.

— Это всегда так в первый раз, – улыбнулась она. – Сейчас пройдет.

И действительно, кашель стих и я, скурив сигарету до конца, почувствовала, как смогла немного прийти в себя.

— Надо же, такая вредная дрянь, а так успокаивает, – удивленно бросив окурок в пепельницу сказала я.

— Сонь, можно вопрос, – осторожно проговорила Елизавета.

— Конечно, – пожала плечами я.

— За что ты так Яна ненавидишь? – глядя мне в глаза задала вопрос женщина.

Я только бровью повела.

— Что, так заметно?

— Более чем.

Я вздохнула и встав из-за стола подошла к окну.

— Я ночь с ним провела. Напилась до чертиков и в постель с ним легла, – решив не вдаваться в подробности, чтобы не разрушать многолетнюю дружбу Яна и этой семьи, проговорила я. – Вот так.

Елизавета молча смотрела на меня, затем и сама закурила сигарету.