Книга Обратная сторона долга, страница 111 – Наталья Барикова

— Как вы узнали?

— Это моя работа, все обо всех знать, — улыбнулся мужчина.

— Если понадобится моя помощь, вы знаете, где меня найти.

— Я знаю, но будьте спокойны. Живите своей жизнью. У меня четкие инструкции по поводу вашего здесь пребывания. Все будет хорошо. Вы и так многое уже сделали, — ответил он и направился к выходу.

— Удачи вам, — проговорила я ему вслед.

Облегчение, которое я испытала после ухода нашего резидента было ни с чем не сравнимо. Я наконец могла более-менее расслабиться. Поскольку последнее время было слишком для меня тяжелым. Да и беременность с ее неизменным токсикозом давала знать о себе. Малыш, мой малыш. Я наконец могла подумать о нем. Он так отчаянно цеплялся за свою жизнь! После всего, что мне довелось пережить, было просто удивительно, что я смогла сохранить ребенка. Его ребенка. Мысли о мужчине, таком мне дорогом, который остался где-то там, далеко, в моей родной стране, тяжелой волной нахлынули на меня. Мне так его не хватало. Решив хоть как-то отвлечься, я оделась и вышла на прогулку. Проходя мимо детского магазина мне так захотелось в него зайти, что я не удержалась. Внутри было невероятно уютно. Всюду на полках были игрушки. На вешалках висела детская одежда. Налюбовавшись этой красотой, я решила купить большого белого медведя, который грустно взирал на меня с нижней полки, будто бы умоляя забрать с собой. Расплатившись и забрав этого толстяка я пошла домой. Подходя к дому увидела Алекса, который сидел на лавке возле входа.

— Привет, Алекс! Смотри кого я купила! — мохнатой лапой медведя я потерла его щеку и рассмеялась.

Но Алекс даже не улыбнулся.

— Что-то случилось? — встревоженно спросила я.

— Давай пройдем в квартиру, Катя.

— Хорошо, — ответила я, чувствуя, как внутри восстает холодное предчувствие беды.

Захлопнув дверь и усадив мохнатого медведя на стул я повернулась к Алексу.

— Ну?

— Сядь, Катя, — проглотив комок в горле ответил мне мужчина.

— Не томи, говори, что случилось?

— Это Габриель. Русские начали наступательную операцию. Началась бомбежка. Катя, Габриель погиб. Мне жаль.

Я дослушивала конец фразы уже в каком-то тумане.

— Нет, нет, не может быть. Этого не может. Такие как он не погибают. Я не верю, — начиная задыхаться от нахлынувших эмоций, прошептала я.

— Пришла похоронка на него. Ганс связался со мной. Я проверил, все подтвердилось. Авиаудар сравнял штаб с землей. Все погибли. Оберст, Алиса, Габриель. Все.

Я села на стул, посадила себе на руки медведя и крепко обняла. Я не могла поверить в услышанное. И словно Алекс был виноват в том, что принес мне такое тяжелое известие, я только и смогла, что выместить свою боль на нем:

— Пойди прочь, Алекс!

— Катя.

— Замолчи и уходи, прошу тебя!

— Тебе нельзя сейчас быть одной, я не уйду.

— Пошел вон отсюда, я сказала, ненавижу тебя! — заорала я на него.

— Катя, я понимаю, у тебя шок. Я уйду, но буду рядом.

С болью посмотрев на меня он пошел к выходу, я же с такой силой захлопнула за ним дверь, что посыпалась штукатурка.

Далее я начала судорожно собирать вещи. Я не понимала, что со мной происходило в тот момент. Но не могла больше находиться в этом доме. Схватив чемодан я вышла на лестничную площадку. Из квартиры напротив сазу же выглянул обеспокоенный Алекс.