Книга Добрая фея короля Карла, страница 98 – Владимир Москалев

— Ни слова о короле, хотя это именно он устроил нашу встречу. Я никогда ему не прощу! Ах, если бы я мог бежать… если бы только мог!

Мария вся задрожала при этих словах. Людовик не против, надо только нажать. Надо всего лишь как следует нажать! Но для этого нужно… Она знала, что именно, и была к этому готова; они с аббатом по дороге сюда обговорили все детали.

— Это не король устроил нашу встречу, – ласкала она глазами супруга. – Идея первому пришла в голову аббату Ла Гранжу.

— Он мне говорил. Но расскажи, что ты делала все это время? Я знаю, ты меня ждала. Веришь ли, как я был рад, услышав приятное известие из уст аббата!

— Мы еще успеем поговорить, супруг мой, а пока надлежит поклониться святой Деве Марии, матери Господа нашего. Нехорошо, если хотя бы на время мы забудем свой долг.

И они, взявшись за руки, не отрывая друг от друга влюбленных взглядов, направились к собору. Аббат последовал за ними, по дороге размышляя. Он знал о неуживчивом характере епископа Кале и не особо надеялся, что супружеской чете удастся упросить того предоставить ей время для любовных утех. На него не подействуют никакие увещания. Продолжение рода человеческого для людей такого сорта – пустой звук. Значит, надо играть, что называется, ва-банк. Другого выхода у него нет. И это будет последняя услуга, которую окажет своему сыну… покойный король. Подумав об этом, аббат вздрогнул: что как Анне де Монгарден не удастся ее предприятие?.. Это был риск, причем не простой: на кону стояла его голова. И он на какое-то время остановился, собираясь взвесить шансы. Но снова зашагал вперед, уверенный в успехе. Он хотя по природе и мягкий был человек, но бесстрашный, когда дело касалось его отечества. Игра началась, пути к отступлению нет. И он свято верил, что дофин и его друзья, случись беда, выручат его. И еще он хорошо знал решительный нрав графини: уж коли она сказала… Эта дама не рискнет пойти на авантюру. Значит, она верит в победу. Ах, черт, и где только им с братом удалось разыскать неведомую колдунью?..

Таков был аббат Ла Гранж. Он не думал, подобно многим, о своей выгоде, но его беспокоило будущее земли, которая дала ему жизнь. Он не жалел для этого даже собственной головы, твердо веря, что благополучие королевства выше любых выгод и зависит от смены власти. А раз так, он должен уговорить епископа!

И не знал этот маленький, невзрачный с виду человечек, что пройдет всего несколько лет, и новый король Франции сделает его… кардиналом.

Ничего этого в данное время ему, конечно, и в голову не приходило, и он вошел в здание собора вслед за супружеской четой.

Людовик с Марией, помолившись у бюста святой Девы, спустились в подземелье. Народу здесь было уже не так много, но по-прежнему люди плакали, с умилением взирая на изваяние Богородицы в гробу, и, крича в религиозном экстазе, когда касались руками саркофага, молили Деву избавить их город и королевство от врагов. Супругам никак не удавалось подойти к ангелам, отовсюду тянулись кверху руки, и люди пластом лежали на постаменте, рыдая, молясь и отбивая поклоны. На помощь пришли монахи, освобождая проход для знатных особ. Мария с трепетом, глядя Богородице в глаза и положив ладонь на саркофаг (сама жизана^[29] была под стеклом), прошептала: