Книга Высматривая путь. Том II, страница 196 – John Lemon

Вот только ответа, как и ранее, не последовало. Но он ей и не нужен был, надо признать. Она уже, осторожно касаясь ведьмака, принялась вырисовывать пальцем ровный контур, стараясь не сильно стирать мел. Поймав себя на мысли о том, что неплохо было бы как-то улучшить ритуал, чтобы иметь возможность проводить его на разных конечностях, а как поднатореет, то и вовсе на всем теле сразу, Дера отстранилась и искренне удивилась тому, какой ровный у нее вышел круг. Даже лучше, чем выходил на пергаменте.

Коротко выдохнув, она отставила на пол банку с пеплом. Ну что же, теперь самое сложное — намазать кореньем кожу так, чтобы ничего не стереть. Нет, она, конечно оставила место для этого, сделав символ настолько большим, что тот задевал шею, бока чуть ли не до спины и спускался аж к низу живота. В таком деле лучше переусердствовать, чем что-то недоделать. Но тревога насчет того, что она сделала все недостаточно хорошо, пока еще оставалась. А как банка с корнем оказалась в руке, Дера вздрогнула от того, какой она была теплой. Изумленно взглянув на нее еще раз, она, на всякий случай, зажала ее в пальцах оставляя серый след от пепла на поверхности.

— Горячая, — тихо констатировала девушка. — Нет, она совершенно горячая. Почему она горячая?

— Я надеюсь, что ты уже бубнишь свое заклинание, — заворчал ведьмак. — Терпеть уже сил нет.

— Прости, пожалуйста, — смущенно шепнула травница. — Я понимаю, тебе больно. Прости. Я почти готова.

— Ничего, — буркнул он в ответ и попытался поворочаться.

— Нет! Лежи смирно! — воскликнула Дера и коснулась ладонью его предплечья.

По телу тут же пошли приятные вибрации, которые теперь ощущались настолько ярко, что Фредерика не выдержала и громко ойкнула, чем вызвала недовольный вздох. Да что с ней происходит, в самом деле? Откуда такая внезапная чувствительность? Может быть все из-за ее «напасти» деликатного характера? Вот только отвлекаться в такой момент, тем более на свои же собственные мысли и страхи, может быть чревато нехорошими последствиями. Как минимум, если у нее с первых двух-трех раз ничего не выйдет, то придется уповать на ведьмачью регенерацию, ибо больше ингредиентов нет. А она, зараза, справляться почему-то не спешила. Исходя из этого, сделав глубокий вдох, травница взяла себя в руки, постаравшись выбросить все лишнее из разума, и зачерпнув как можно больше кашицы коренья пальцами, осторожно принялась наносить ее на покрытые огромными синяками места. Продолжая дивиться тому, какая она горячая. Будто в печи кто разогрел.

Удивительно, но мандрагорового корня хватило впритык. Будь Эскель чуть по шире, пришлось бы думать, как из этого всего выкручиваться. Отставив пустую банку в сторону и предусмотрительно ополоснув руки в грязной воде, что осталась в бадье после многочисленных помывок, Фредерика взяла в руку огарок и неловко взглянула на ведьмака.

— Не мог бы ты… ну… свечу зажечь? — замолкла и чутка помявшись решила добавить. — Пожалуйста.

Тот осторожно приподнял руку и, бросив короткий взгляд в сторону травницы, щелкнул пальцами поджигая почерневший фитилек.

— Спасибо. А теперь, расслабься, — спокойно заговорила Дера, вот только дрожь в голосе оказалось не так просто скрыть.

Эскель сдавленно выдохнул, плотно закрыл глаза и, на всякий случай, помолился пресвятой Мелитэле. Он, конечно, молитв всех этих не знал, но решил сделать это по-своему, как сердце велело, так сказать. И если она такая великая и внимательная к просьбам своих почитателей, то наверняка должна услышать и его. Ведь он совсем не собирался умирать вот прямо здесь и сейчас. Но раз уж такое произойдет, то пусть примет его в свои объятья. Ну или куда она там принимает всех, кто взывает к ней?