Онлайн книга «В СССР геев не было!»
|
А все потому, что именно в 1974 году они расстались. — Прости меня, любимый, – хрипло сказал Ярослав, сделал шаг к Михаилу и взял его за руку: все равно коридор был пуст, и никто не мог их увидеть. — Ты ни в чем передо мной не виноват. Точнее, – Михаил Петрович потянул любимого к себе и обнял. Воспоминания о том, что произошло в том году были болезненными, и снова проживать их в одиночестве Михаил не собирался. – Точнее, виноваты мы оба. Но у наших обид истек срок давности, и мы много раз уже загладили вину друг перед другом. Оглядываясь назад, с высоты прожитого опыта, те ошибки молодости кажутся еще более глупыми и более ужасными, когда знаешь их последствия. Если бы Слава или Миша знали, к чему приведет их поведение в далеких семидесятых, то, возможно, они прожили бы те годы совсем иначе. Но прошлое не вернуть, не изменить. Вот и на месте кабинета секретаря по учебной части была какая-то лаборатория. Они стояли, обнявшись, в темном коридоре, среди запертых дверей в учебные кабинеты, чувствуя сердцебиение друг друга. Это был очень редкий момент – проявление чувств в общественном месте. Но в данном случае это казалось правильным. Если бы Слава не прикоснулся к Мише, то почувствовал бы себя бессердечным человеком, которому чужды забота, поддержка и любовь. А он любил Михаила, любил так, как умел. И пусть они не смогли всю жизнь прожить вдвоем, но ведь судьба дала им второй шанс, верно? Так почему бы не добавить к горьким воспоминаниям об этом месте чуточку приятных? Ярослав слегка пошевелился в крепких объятиях Михаила. Тот убрал руки, подумав, что Славе потребовалось личное пространство. Но вместо того, чтобы отстраниться, мужчина положил ладони ему на шею, заставляя наклониться за поцелуем. Удивленный проявленной инициативой, Гайдук даже не сразу понял, что происходит. Но как только первая волна шока прошла, он снова обнял любимого, поглаживая по спине широкими нежными движениями. Несколько бережных поцелуев, и Ярослав осторожно отодвинулся, заглядывая Мише в глаза. Он бы хотел сказать, объяснить, что так пытается перекрыть то, что натворил в прошлом, но не смог сформулировать свою мысль. Михаил Петрович прижался лбом ко лбу Славы, а потом слегка кивнул. Он и так все понимал, слова были лишними. — Кстати, я тебе не говорил, что мне предлагали тут работать? Еще в конце девяностых, кажется, – улыбнулся Гайдук, выпрямившись, и незаметно смахнул из уголков глаз слезы. — Серьезно? И почему ты отказался? — Ну, было много причин. Например, только на зарплату педагога я бы в столице не протянул, а дома у меня была хорошая должность в городских электросетях. Но главной причиной был ты. Я не хотел уезжать от тебя снова, пусть и уже не был тебе нужен так, как в нашей молодости, – Миша подмигнул опешившему Ярославу и бодрым шагом пошел обратно к центральной лестнице. – Идем! Я хотел успеть пройтись по набережной до темноты! ГЛАВА 5 2019 г., лето «Выхдите» – от «Папочка» «выходмюите» – от «Папочка» «Я у подьезда» – от «Папочка» «Жду ыас»– от «Папочка» «Пап, включи автокоррекцию. Я, конечно, догадливая, а вот Коля и Даша хихикают :)» – от «Дочь Ирина» «Если бы я згал, что это и где, я бы, конечно,, велючил.» – от «Папочка» Ярослав беспомощно зарычал на смартфон в своих руках. Прошло уже, пожалуй, больше трех лет, как он поддался на уговоры своих сыновей и отказался от кнопочного телефона в пользу сенсорного, но за это время он так и не привык к маленьким кнопкам букв и большому количеству настроек. Компенсировали неудобство пользования смартфоном только чаты с детьми (которым так было легче поддерживать связь, чем каждый день созваниваться) и видеозвонки с внуками (особенно с Дашей – любительницей кривляться на камеру). Навык владения смартфоном Михаил Петрович освоил быстрее, но до умения, к примеру, девятилетнего Коли ему было далеко. |