Книга В СССР геев не было!, страница 26 – Ванда Лаванда

— А ты поверишь, если я скажу, что ни с одной девушкой не заходил дальше поцелуев, а со многими даже не целовался? И вообще, уже два года я ни с кем не встречаюсь.

— Поверю, – спокойно ответил Слава, хотя казалось, и сам был удивлен такому ответу. – Я вообще-то очень не люблю сплетни и обсуждения других людей за их спиной. Поэтому, если ты говоришь, что ты не разбивал пары и не расстраивал свадьбы, я тебе поверю. Какая тебе выгода от вранья мне?

— Ну, про парочки и свадьбы я не говорил, – рассмеялся Михаил, разрядив серьезную атмосферу, возникшую между ними. – Где-то полтора года назад одна полоумная решила, что наши имена и даты рождения идеально друг другу подходят. И отказалась подавать заявление в ЗАГС с парнем, с которым встречалась, кажется, около трех лет. Но! В мою защиту скажу, что я ее вообще лично не знал!

— Ты шутишь?! – Ярослав шлепнул рукой по столу, губы сами собой растянулись в улыбке, вторя веселому настроению Миши.

— Вообще-то, нет. Она потом за мной несколько месяцев ходила, пока я не сказал ей, что мой настоящий день рождения одиннадцатого февраля, а в документах просто ошибка, которую моим родителям было лень исправлять. Так она решила, что одиннадцать плюс два это тринадцать, а тринадцать чертово число, и, наконец, отвязалась от меня.

Ярослав с интересом слушал историю, а в конце звонко рассмеялся, не обращая внимания на то, что несколько уставших после работы посетителей пельменной неодобрительно на него покосились.

— Ну вот, а когда ты улыбаешься, вообще становишься самым располагающим к себе человеком, – словно между делом прокомментировал Михаил. – А когда у тебя день рождения?

— Эм, был тридцать первого августа. Летом в техникуме даже сначала не хотели брать документы у пятнадцатилетнего. Благо, я приехал с отцом, он их убедил провести мне экзамен, а то пришлось бы возвращаться в деревню не солоно хлебавши.

— Что ж, я рад, что ты поступил, – Михаил собрал грязную посуду на поднос и пошел к окну приема.

Они вышли из пельменной на темную улицу. Дождь уже перестал, и желтоватый свет фонарей бликовал в свежих лужах. Михаил шагнул к Славе и поправил все еще поднятый воротник его пиджака.

— Если что, ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью. Уверен, скоро и тебе понадобиться прикрытие, чтобы сбежать от поклонниц.

— Очень сильно в этом сомневаюсь, но тебе с удовольствием могу помочь снова, – Слава протянул руку, которую Миша крепко пожал. – И в другой раз можешь меня не угощать, а то я чувствую себя обязанным. А я не люблю быть обязанным друзьям.

— Так мы теперь друзья? – Михаил чуть наклонил голову, задумчиво постучав пальцем по подбородку все с той же полуулыбкой на губах.

— Ну, ты открыл мне свою тайну о девушках, я рассказал, когда у меня день рождения. Думаю, что это можно считать неплохим началом дружбы? Если ты не против, конечно.

Михаил кивнул и улыбнулся шире, когда Ярослав, сказав: «Бывай», направился в сторону общежития.

— Кстати, мой день рождения пятнадцатого февраля! – крикнул он Славе вдогонку. – Так что с тебя в следующий раз твоя тайна!

Ярослав обернулся, снова засмеялся, а потом ускорил шаг и скрылся за углом дома.

Тем вечером они расстались друзьями, еще оба не зная, чем обернется для них новое знакомство.