Книга В СССР геев не было!, страница 28 – Ванда Лаванда

Он подмигнул дяде Мише, который был немного смущен из-за прямоты Ярослава, показал пальцами латинскую букву «V» и бодрым шагом направился в противоположную от пожилых мужчин сторону. Когда Дима отошел достаточно, Михаил Петрович повернулся к другу и озабоченно нахмурился.

— Ты уверен, что не хочешь провести время с сыном? Всё-таки мы к нему приехали в первую очередь.

— В первую очередь я приехал с тобой, а с Димой я успею наболтаться, когда это перекати-поле вернется на родину, – закатил глаза Ярослав. Для него, все время работавшего на одном месте, стиль жизни сына был очень необычным. И пусть Слава совсем его не понимал, но старался осуждать и не мешать ему искать «лучшее место». – А ты обещал показать мне свой университет.

— Да, точно, тогда нужно спуститься в метро, – кивнул Михаил и уверенно повел любимого по незнакомым улицам в сторону подземки.

С момента выпуска Михаила Петровича из ВУЗа прошло сорок лет, но общее впечатление от здания и прилегающей к нему территории не очень изменилось. Монументальность. Величие. Надежность. Вот что видел перед собой Гайдук. Смирнитский же видел суету, суету и… Суету. Учитывая, что на дворе было лето, вместо уже закаленных жизнью и обучением студентов у входа терлись абитуриенты, подающие документы на поступление. В основном это были молодые парни и девушки, вчерашние школьники, большинство из них были с родителями. И все растерянно крутили головами, ища куда им идти и что делать. Так что двое пожилых людей легко слились с толпой. Никому до них не было дела: ни поступающим, ни охранникам-вахтерам, ни студентам-должникам, которые бегали по коридорам, надеясь найти нужного им преподавателя.

— Навевает воспоминания? – спросил Михаил у Ярослава, пока они медленно поднимались по центральной лестнице.

— Разве не я это должен спрашивать? – удивился мужчина. – Тут ты учился.

— Я имею ввиду глобально. Помнишь нашу учебу в техникуме? Жаль, что у нас был всего один совместный год. И то, ты так стеснялся общаться со старшекурсником, что мне пришлось изобретать способы, как к тебе подступиться…

— Думаешь, сейчас у молодежи как-то по-другому? – Ярослав взъерошил волосы на затылке, идя за мужчиной по сумрачному коридору третьего этажа. – Вряд ли кто-то из этих абитуриентов рискнет подойти к выпускнику и заговорить с ним по душам. Субординация, дедовщина, пропасть в возрасте и статусе, как это не назови, это никуда не денется, даже если пройдет сто или двести лет.

Они прошли через весь главный корпус и свернули направо, где над двойной дверью красовалась надпись: «Факультет биоинженерии и биоинформатики».

— Оу, а раньше здесь располагался мой деканат, – как-то потеряно-грустно выдохнул Михаил Петрович, но все равно пошел дальше.

— Если хочешь, мы можем спросить, где сейчас находится твое отделение? Или факультет? Как это правильно называют сейчас?

— Не знаю. Может, политехнический институт? Мое направление называлось «Электрические станции, сети и системы электроснабжения», но это не важно, – протянул Михаил, остановившись у одной из дверей. Он протянул руку, погладил гладкую окрашенную поверхность. – Номер у кабинета был другой, но именно сюда в семьдесят четвертом году я подавал документы.

В коридоре воцарилась тишина. Если честно, то номер «74» для обоих был несчастливым. Из суеверных побуждений, Михаил никогда не ездил на 74 автобусе, а Ярослав категорически отказался от покупки квартиры в 74 доме.