Онлайн книга «Амазонка бросает вызов»
|
— Да, доказывать кому-то, что твои вкусы лучше и изысканнее — плохое и бесполезное занятие, — кивнул Ямада. — Пацан, — положил ему на плечо руку Вернон, — тебя послушать, так вообще ни во что вмешиваться не надо, на кой чёрт тогда мы будем воины, если такие пассивные должны быть? — Янки прав, — кивнул Джунхуэй, — если есть критерии морали и добра, то они приложимы ко всем сторонам жизни, в том числе искусству, а это значит, что чьи-то вкусы более правильные и здоровые, чем у других. — Но что делать, если кому-то очень нравится… ну, я не знаю… примитивные песенки без смысла, из серии «ля-ля-ля», бить его и воспитывать? Он никому не мешает, а нравиться что-то другое насилу никому не начнёт. Диэйт нас озадачил. Мы все задумались, замолчав. Челюсти заработали, сомкнутые рты усердно перемалывали пищу, как и наши мозги перемалывали подкинутую тему для размышления. — Допустим, — первым заговорил Самуэль, — если кто-то тащится от триллеров и фильмов с тяжёлыми, кровавыми сценами — это же ненормально? Явно же человек немного «того». — Да, но если это little skinny girl, то и бог с ней, — махнул ладонью Вернон, — а если это hefty and big man, то who knows чего от него ждать? Такого потенциального психа лучше вразумить или контролировать. — Но он же может быть и не агрессивным вовсе, — заметил Ямада. — То есть, отсутствие агрессии делает нормой увлечение садизмом и извращениями? — Отвлечёмся от этого примера, — остановил их Диэйт, — всё-таки, если увлечение не извращенное, а просто глупое и пустое, вроде как играть в кукол барби и одеваться во всё розовое, слушая все альбомы AKB48… — Что сразу AKB48? — со скептицизмом посмотрел на него Ямада. — У вас Orange caramel есть. — Это не у нас, это у них, — указал Диэйт на меня. — Я такое не слушаю, — подняла я руки, как бы сдаваясь. — Crazy asians, сами себя путают, — захохотал Вернон, переглянувшись с Самуэлем, тоже улыбнувшимся. — Побазарь мне тут, человек, чья родина рассадник гомосятины, — воззрился на него с иронией Джунхуэй. — Наши западные гомосеки, кстати, пишут лучшую музыку в мире, — парировал Вернон. — То-то тебя к ней так и тянет… — За такой намёк можно и отхватить… — Во времена самураев, — вклинился Ямада, — почти у каждого воина был юный любовник, и это не порицалось. Тишина щёлкнула, как будто кто-то включил её, нажав на кнопку. Парни повернули головы к Ямаде. Джунхуэй поднял палец и указал им прочь, к центральному проходу столовой: — Из-за столика вышел. — Да я же об историческом факте… — Вышел! — Да дайте мне договорить! — повысил голос Диэйт и, боясь, что мастера сейчас своё внимание обратят на нас, вжал голову в плечи, заговорив шепотом: — Если увлечение невинное, но глупое — рюшечки, бантики, культивирование в себе детского образа… — Ну, если это little skinny girl, — повторил Вернон, сдерживая смех, — то и бог с ней, а если это… — Да мы поняли уже, — остановил его Самуэль, — девчонкам можно всё, парням — ничего. — Мне нравится его логика, — шутя, но с серьёзным видом заверила я, — пусть продолжает. — Да он просто перед тобой рисуется, — подмигнул мне Диэйт. — Нет, я правда так думаю! — опроверг слова товарища Вернон. — Женщинам можно больше, потому что они слабые, и вреда причинить мужчинам не могут… — Самуэль стал подавать ему знаки, чтобы он заткнулся и посмотрел на меня, хотя я молчала и ничего не делала, но, судя по всему, миф о слабых женщинах я своей персоной разрушала. К тому же, Самуэль был менее опытным в борьбе, чем я, и меня с ним в пару ставили крайне редко, потому что я его всегда побеждала. Мой американский друг наконец-то заметил сигналы и посмотрел на меня. — Well, не все девушки слабые, окей. Но по большей части-то они с мужчинами не совладают! Поэтому спрос в первую очередь с мужчин, к ним все требования, а за девчонками уж мы приглядим. |