Книга Тигриный лог, страница 144 – Юлия Чеснокова

— Учитель, я пойду…

— Да-да, подожди, пойдете с Лео вместе, вам всё равно по пути, — через минуту управившись с козой, он отпустил нас восвояси и мы, немые и угрюмые, потащились в сторону кухни.

— Лео… — начала я, приволакиваясь рядом. Он не тормозил и не оглядывался на меня. — А Джей-Хоуп, ставший формально привратником, он будет нас охранять? Или только в том случае, если ты уйдешь?

— Он примется за свои обязанности с этой субботы, — скупо вымолвил молодой человек.

— Но в субботу же сбор хурмы? — он пожал плечами. — Ты пойдёшь с нами? Вместо него?

— Вряд ли.

— Подожди-подожди. Уж не хочешь ли ты сказать, что в субботу ты… уйдешь? — почему-то меня испугала эта мысль. Что бы ни творилось этот месяц в Логе, как бы себя кто ни вел, я всегда знала, что где-то рядом есть Лео, и если что — он подоспеет вовремя, уладит конфликты, его можно позвать и он — Черный плащ! — придёт на помощь. Не потому, что он был круче Хана — я не эксперт, судить в этой области, — а потому, что знал, кто я, и с ним можно быть откровенной. Он затянул с молчанием, и я занервничала. — Ведь не уйдёшь же? Лео!

— Мне показалось, — остановился он и, не глядя на меня, а куда-то в бок, робко и чуть неспокойно. — Что ты хочешь, чтобы я ушел, — Я открыла рот. Да ты ж мой проницательный! Возьми с полки пирожок. Но почему я одновременно с этим поняла, что не хочу его ухода именно сейчас? Я-то ещё здесь. И пусть Хенсок "нанял" меня для вытравливания этого вцепившегося в Каясан зверя, но я пришла сюда за разоблачением нарушителя моего покоя, и мне нужен комфорт и безопасность, которые мне создаёт именно этот аскет-отшельник.

— Мне… не столь важно, уйдешь ты или нет, — слукавила я, подойдя к нему ближе. Он держал тяжелое ведро на вытянутой вниз руке, но, похоже, его это ничуть не тяготило. — Я просто хочу немного растормошить тебя. Ты… слишком в себе. Грустный и несчастный. А разве веселье плохо для буддиста?

— Я не несчастный, — ещё печальнее произнес Лео. Да, именно таким тоном об этом сообщают! Нет, я бы даже не назвала это печалью. Это глубокий и неискоренимый флегматизм, безветрие на эмоциональных полях, неурожай гормонов счастья. Да и некоторых других, судя по всему.

— Тогда почему ты не бываешь весёлым?

— Бываю.

— Я не видела, — упрямо скрестила я руки на груди. Лео развернулся и пошел дальше. Надо было ожидать. Не спорить же он будет. Это невиданная экзотика для нашего тигролюба. Он закончил путь, как обычно, у печки, возле которой развернулся, тряхнув густой челкой темно-блестящих волос. Когда она падала ему на глаза, они выглядели немного загнанными и плутающими. Лео одернул рукава, мелко суетясь вокруг оси, будто подготавливаясь к чему-то. Так водят задом кошки перед прыжком. И вот, оно созрело:

— Жизнь не состоит из одного смеха. — выскоблил изнутри себя монах, тотчас придя в смятение, что меня надо обойти и выйти отсюда, но я предусмотрительно перекрыла собой весь промежуток между столом и печью.

— Из одного него — нет, но это не значит, что он в ней должен отсутствовать! Чего плохого в том, чтобы расслабиться и пошутить с друзьями? Ты с твоими прежними приятелями болтал, бегал, играл? — молчание. — Ты же запросто можешь сдружиться с кем-то из новичков! Вот, Сандо… Конечно, он тоже не тот, кто склонен к юмору…