Книга Месть старухи, страница 5 – Константин Волошин

Девочка после этого сна воспряла духом. Много раздумывала над словами бабушки. Жалела, что сроков та не назвала. Потом, правда, она и сама почувствовала, что Хуан вернётся очень нескоро. Но когда? Что означает «Нескоро?»

А город медленно отстраивался. Улицы очищались от мусора, мертвецов хоронили. Пожарища вскоре исчезли, церкви обновились. И не прошло и месяца, как о нашествии корсаров почти ничто не напоминало.

* * *

Габриэла со вздохом облегчения покидала бедную халупу, где ей пришлось жить несколько месяцев и родить отвратительное дитя. Она так и не взглянула на него. И теперь, уходя из этого домика, она не испытывала ни сожаления, ни угрызений совести. Лишь смутное беспокойство иногда возникало в груди.

Она даже радовалась стечению обстоятельств. Теперь у неё в голове возник хороший план, как объяснить своё долгое отсутствие у родственников матери. Лишь бы дом был цел и его обитатели!

Ближе к центру сгоревших и разрушенных домов попадалось больше. Вот и дом дяди дона Анисето, двоюродного брата матери. Подумала с беспокойством: «Наверное, есть письма из дома. А вдруг никого не осталось в живых? Что тогда мне делать? Денег почти не осталось. А тут эти пираты!»

Дом дона Анисето был частично разрушен ядром, но не сгорел, хотя был полностью разграблен. У него был вид, словно после землетрясения.

Габриэла с трудом вспоминала прежнее посещение этого дома. Она плохо представляла его, и теперь он казался ей совершенно незнакомым, чужим.

Пожилой негр с подозрением посмотрел на неё. Она его не признала.

— Что хочет сеньорита? — спросил негр, оглядывая потрёпанное платье посетительницы.

— Я Габриэла де Риосеко. Дочь дона Рожерио Рисио де Риосеко.

— Простите, сеньорита! Не признал! Вы так выросли, возмужали! У вас горе, сеньорита? Как и у всех в городе! Проклятые еретики! Проходите, прошу вас! Как поживает сеньора, ваша матушка? Тут было письмо для вас. Найти бы только! — негр был словоохотлив и болтал без умолку.

Габриэла осторожно протиснулась во двор. Он был ещё не прибран. Кругом виднелись мусор, тряпки, разбитая мебель и битое стекло. Лишь развесистое дерево выглядело привлекательно, маня густой тенью.

— Сеньорита должна нас простить, — продолжал говорить негр. — Дом разгромлен. Если не возражаете, я покажу, где вы сможете поселиться. Правда, придётся немного прибрать. Все уехали с хозяевами, один я остался. Идёмте.

Габриэла оглядела комнатку. Она выходила окнами в сад. Он был прекрасен. Ничего не тронуто, у многих деревьев и кустов были цветы. Благоухание смешивалось с запахами пыли, битой штукатурки и запустения.

— Надеюсь, белья хоть немного осталось в этом доме? — спросила девушка. — И хоть какая одежда. Я в ней нуждаюсь.

— Я попытаюсь это устроить, сеньорита. Хозяева должны скоро приехать. Вот будут рады вас видеть!

Девушка подметила некоторое неуверенное отношение негра к ней. Это не удивило её. В его глазах вертелись вопросы. Она не собиралась его просвещать, а тот не осмеливался пускаться в расспросы.

К вечеру комнатка была прибрана. Габриэла с удовольствием оглядела её. Некоторая гордость за себя наполнила её грудь. Вспомнилась проклятая долина, где она страдала от унижения, непосильного труда и побоев. Но польза всё же была и от этого. Она больше не сторонилась труда по дому, могла обойтись без прислуги.