Книга Месть старухи, страница 201 – Константин Волошин

— Глядите, как заговорила! — чуть не вскочил Пахо со скамьи. — Давно замухрышкой скакала по трущобам? Ха-ха! Это ж надо так выставляться!

— А ты не лезь своим чёрным рылом в белое корыто! — чуть не взвизгнула Томаса и брезгливо сморщила свой тонкий нос.

Хуан строго глянул на Томасу, помолчал немного, проговорил хмуро:

— Пахо, сегодня ты будешь мне помогать в делах. Дашь девчонке работу на весь день в огороде. Пусть испачкает свои белые ручки. И весь день не подпускать её к «белому корыту», как она выразилась! — последнее относилось к Мире, которой тоже вовсе не понравилось замечание Томасы.

Томаса попыталась возражать, Хуан был непреклонен, а Пахо с удовольствием потащил упирающуюся девчонку в огород. По пути нагружал инструментом и издевательски любезным тоном напоминал объём работ в огороде.

Расставаясь с Мирой, Хуан напомнил жёстко:

— Не вздумай жалеть эту грубиянку, Мира. Если её не остановить вовремя, то дальше её уже никто не остановит.

Мира поджала сочные полные губы, что могло означать и согласие, но и не очень. Однако Хуан больше не стал об этом говорить. Лишь уже на улице заметил, обращаясь к негру:

— Какая паршивка! И откуда у этой бродяжки столько чисто аристократической спеси? Выбивать, выбивать надо! Вечером проверь выполнение работ.

— Ещё бы, сеньор! Это мне очень приятно.

Хуан рассказал, где пришвартовалась лодка.

— Тебе важное задание. Найми десяток мулов до тех братьев на тропе, что нас остановили. Туда необходимо доставить ящики, мешки и бочонки с порохом. Мне так хочется побыстрее разделаться с этим тёмным делом, Пахо. Не проиграть бы мне с этим Лало! Вот уж не ожидал от него такого паскудства! Да простит меня Господь!

— Это уж точно, сеньор! Кто бы мог подумать? Вы столько сделали для него! Он ещё осмелился угрожать вам! Сатана, а не человек!

— Ничего! Долго он не продержится. В этом я уверен. Из Понсе обязательно попробуют его разгромить.

— А мы ему ещё столько оружия прём, сеньор!

— Что я мог поделать. Пахо? Он угрожал всем нам. Я не мог рисковать Мирой и тобой. Да и мне грозила опасность. Что мы могли противопоставить его наглости в долине? Ничего!

— И вы не попытаетесь хоть что-то предпринять против него?

— Это слишком сложно для меня. Пока я не готов ответить на твой вопрос! Хватит об этом. То дела далёкого будущего. А нам надлежит решить сиюминутные дела. Хорошо бы уже завтра на рассвете выйти караваном в горы и доставить груз на место. И рассчитаться с Лало.

— Хоть бы Господь благоволил к нам, сеньор! Сколько людей нанимать для мулов?

— Чем меньше, тем лучше, Пахо. Думаю, что двух хватит. Присматривайся, когда нанимать станешь. Это очень важно. Животных и людей отправишь к лодке за речку. В отлив свободно перейдёте её вброд.

Пахо согласно кивал, а в уме теснилась мысль, как бы увильнуть от сопровождения каравана. Но это его не спасло. Хуан тут же заметил:

— Придётся нам с тобой опять трястись в сёдлах, мой Пахо. Дней на десять оставь своё строительство.

— Не хотелось бы, сеньор, но… — он вздохнул, показав, что принимает приказ с неохотой.

Мира до глубокого вечера не могла расстаться с Хуаном. Они гуляли по саду, страстно целовались, пока Хуан силой не отнёс Миру к двери спальни.

— Мне завтра предстоит трудный день, Мира. Помолись за меня и за успех дела. Обещаю вернуться дней через десять. Сам жажду этого, милая моя рыбка!