Книга Великолепная Софи, страница 142 – Джорджетт Хейер

— Нет, дорогой Чарльз? – Не поворачивая головы, она искоса бросила на него озорной взгляд.

— Софи, если вы только посмеете попытаться оседлать моего Громовержца, я удушу вас и брошу ваше тело в Серпантин! – Властные интонации в голосе мистера Ривенхолла сменились на угрожающие.

Она заливисто расхохоталась, и, как всегда, в ответ на его лице появилась кривая усмешка.

— О нет, Чарльз, неужели вы решитесь на это? Впрочем, не мне вас осуждать! Если когда-либо я увижу вас верхом на Саламанке, я непременно пристрелю вас, и уж сумею сделать поправку, стреляя из своего пистолета, чтобы пуля не забрала влево!

— Вот как? Отлично, дорогая моя кузина, когда мы отправимся в Омберсли, я с большим удовольствием понаблюдаю за вашей меткой стрельбой. Вы обязательно должны продемонстрировать свое умение на моих дуэльных пистолетах. Они не бросают ни влево, ни даже вправо: я довольно привередлив и слишком тщательно выбираю свое оружие.

— Дуэльные пистолеты! – поразилась Софи. – Вот уж никогда не подумала бы ничего такого о вас, Чарльз. И сколько же раз вам приходилось драться на дуэли? Вы всегда убиваете своих обидчиков и противников?

— Редко, – буркнул он в ответ. – Печально, но дуэли теперь не в моде, дорогая Софи. Мне очень жаль, но я вынужден разочаровать вас.

— Вовсе нет, – сказала девушка, покачав головой. – Я вовсе не предвкушала услышать от вас о чем-то подобном и противном. К черту это!

Ее реакция заставила его рассмеяться. Жестом фехтовальщика он вскинул руку как бы в подтверждение попадания.

— Очень хорошо, Софи! Туше-e!

— Вы еще и фехтуете?

— Скверно. А что?

— Да просто этому я никогда не училась!

— Вот так раз! Я думал, сэр Гораций уж точно научил вас обращаться с рапирой.

— Нет, – ответила Софи, поджимая губы. – И он не научил меня боксировать, поэтому и в этом, Чарльз, вы, конечно же, обставили меня.

— Зато вы превосходите меня во всем остальном, – учтиво заметил он. – Особенно в искусстве развлечений!

Она немедленно бросилась в лобовую атаку, чем привела его в немалое замешательство.

— Искусстве развлечений, Чарльз? Надеюсь, вы не хотите сказать обольщения, обвиняя меня в кокетстве и флирте?

— А разве нет? – мрачно парировал он. – Просветите меня тогда, прошу вас, какова природа вашего поведения с Чарлбери.

Она повернулась к нему с самым невинным выражением лица.

— Но, Чарльз, что это значит? Конечно, я не могла ошибиться. Ведь между ним и Сесилией все кончено. Не могло же вам прийти в голову, будто я посчитала бы возможным поощрять знаки внимания лорда Чарлбери, если бы дело не обстояло именно таким образом.

Гнедой пустился было легким галопом, но мистер Ривенхолл осадил его и взбешенно выкрикнул:

— Прекратите свое дурачество! Не пытайтесь заморочить мне голову, Софи! Чарлбери и вы… За кого вы меня принимаете!

— О нет! – душевно заверила его Софи. – Но я сделаю все, чтобы угодить сэру Горацию, и я с превеликим удовольствием предпочту выйти замуж за Чарлбери, нежели за Бромфорда.

— Мне иногда кажется, – сказал мистер Ривенхолл, – что деликатность – достоинство, совершенно незнакомое вам.

— Ну, тогда поведайте же мне об этом достоинстве, – с удивительной сердечностью попросила она.

Он не поддался на эту ее уловку и только заговорил еще резче:

— Мне, наверное, следует предупредить вас. Настойчивое внимание Чарлбери очень быстро сделает вас предметом разговоров в городе. Может, вам и безразлично все это, не знаю, но, поскольку моя мать отвечает за вас, должен признаться, я был бы благодарен вам, если бы вы вели себя немного более благоразумно и осмотрительно.