Книга Гордость. Вера. Верность, страница 174 – Кирилл Малышев

— Зачем им в Радонское княжество?

— Думаю, направляются в Радоград, – негромко ответил Мишка и, с шумом втянув ноздрями прохладный ночной воздух, встал. – По сёдлам!

Славка, поднявшись следом, подошёл к нему и тихо, чтобы больше никто не слышал, произнёс:

— Нужно сделать привал. Погляди, все валятся с ног.

Мишка бросил на него колючий взгляд холодных голубых глаз.

— Валятся с ног? – металлическим голосом переспросил он. – Разве кто-то из нас идёт пешком?

Удалым прыжком он вскочил на лошадь, будто вовсе не чувствовал усталости. Взяв в руки поводья, посмотрел на замершего Славку, виновато опустившего голову.

— Будем отдыхать, когда дело сделаем, – чуть мягче проговорил он. – Мы уже совсем близко. Нельзя дать им уйти за Зыть.

Через несколько мгновений всадники вновь двинулись в путь. Тракт освещала полная луна, заливающая окрестности холодным таинственным светом. Люди ехали молча, стараясь не издавать ни единого звука. Ветер трепал плащи, которые развевались за их спинами, подобно демоническим крыльям. Издалека казалось, что это и не люди вовсе, а таинственные существа – навьи, с помощью могущественного колдовства вырвавшиеся из оков вечного забвения.

— Что это там вдалеке? – прищурившись, крикнул атаман, обращаясь к Славке. – Впереди, у дороги.

Помощник вгляделся в ночной пейзаж. Действительно, там, в версте, виднелось нечто, напоминающее маленькое чёрное пятно, прилипшее сбоку к тракту.

— Кажется, это роща! – наконец ответил он. – Совсем небольшая.

— Скачем к ней!

Время тянулось медленно, словно густой мёд. Пятно на горизонте постепенно разрасталось, обретая более чёткий вид. Вскоре стали различимы мрачные силуэты стволов, лишённых листвы, тянувших к ночному небу свои сухие ветви, будто пытаясь украсть луну, перепутав её с серебряной монетой.

Когда всадники приблизились к стене деревьев, они замедлили ход, а затем и вовсе остановились. Славка, спешившись, тут же направился вглубь рощи, желая отыскать следы привала.

Остальные напряжённо молчали, ожидая его возвращения. Наконец, помощник Мишки вынырнул из темноты и, подойдя к предводителю, негромко произнёс:

— Там кострище. Угли едва успели остыть. До сих пор пахнет дымом.

Всадники, услышав его слова, переглянулись.

— Они были тут. Не более пары часов назад.

Атаман без единого слова вскочил на лошадь. Его движения были уверенными и стремительными, как у хищника, вышедшего на охоту. Он тряхнул поводьями, и животное, почувствовав решимость наездника, рванулось вперёд.

В этот момент Мишка словно ожил – усталость, ещё недавно давившую на плечи тяжёлым грузом, как рукой сняло. Теперь лицо мужчины озарила широкая, полная азарта улыбка. Он ощущал себя настоящим охотником, который после долгих дней выслеживания наконец-то вышел на след добычи. Атаман ощущал, как сердце забилось быстрее, предвкушая развязку. Его спутники едва успевали за ним. Каждый из них, чувствуя его порыв, был готов следовать за своим предводителем, несмотря на изнеможение.

На горизонте уже появилась рассветная проседь, когда тракт начал петлять между небольшими холмами из ярко-красного песка. В народе такой называли кровавым. Считалось, что он появляется в тех местах, где однажды пролилась человеческая кровь.

У Зыти кровавого песка было много – округа была укрыта им, словно покрывалом. Это и немудрено – именно в этом месте ханаты разбили войско Роговолда, готовящегося ко вторжению в Радонское княжество.