Книга Два князя, страница 66 – Кирилл Малышев

— А как по мне – вполне себе крепко стоит! – отшутился Тимофей, делая вид, что не понял, о чём говорит собеседник.

Оставив трон в покое, он подошёл ближе к Роговолду.

— Прибыл гонец из Изборова. Посадник согласился присягнуть и вскоре прибудет на поклон. Ярдум пока молчит, но, думаю, вскоре ответит и он.

— А Змежд?

— Со Змеждом сложнее, – поджав толстые губы, задумчиво проговорил посадник. – Донесли, что Владимир с войском занял город и клясться тебе в верности не намерен. Своенравен оказался. Видать, это у них семейное.

Роговолд нахмурился и шумно выдохнул.

— Владимир – не Олег, – холодно произнёс он. – У него мало опыта, он молод. Дружина под его началом недолго. Он не так опасен, как брат.

Тимофей хмыкнул.

— Не скажи! Второй-то сын, как оказалось, не дурак. Банды разбойничьи разогнал. Говорят, теперь вдоль Зыти можно без опаски с товаром ехать! Характер у него твёрдый. В Змежде – вон что учудил! Посаднику-то, Ивашке, голову того! – он провёл пальцами по горлу. – В городе смута назревала, а теперь – всё, была да вся вышла! Да и как сделал! Сам остался чистым, вся вина на езисте.

Представляешь? На езисте! – Посадник снова хохотнул. – Видит Владыка, будто он не Юрия сын, а мой! Рогнеда, конечно, хороша как баба, да вот только не довелось нам…

Роговолд бросил на Тимофея взгляд, полный неприязни. Посадник, не заметив его, продолжил:

— Да и войска верны ему. Владимир умеет выбирать тысячников. Все молодые, рьяные, как голодные волки. Не следует недооценивать их. – И, тихо, почти про себя, забормотал: – Не зря я уговорил Юрия отослать его к Олегу. Чуял уже тогда – умён, щенок!

Сначала думал одного Олега отправить, чтоб не мешался. Уж больно горделив, делает, что хочет, на него невозможно было влиять! И то братец твой не хотел с наследничком разлучаться! Говорил: «Весемир один справится». Еле уболтал его! Думал, теперь всё пойдёт как по маслу. Так нет! Владимир ещё опасней оказался. Юрий начал слушать его. Так пришлось младшего брата на подмогу старшему снаряжать.

Будто вспомнив, что в зале он не один, столичный глава повернулся к Роговолду.

— Как, кстати, померли-то они? Олег с Ярополком. Хан, говорят, богат на выдумку, коли дело казни касается. Не то что наши! – с досадой добавил посадник. – Только головы секут да заживо жгут. Вот и всё! Никакого воображения! Княжичи догадались, небось, чем дело пахнет, когда тебя увидели?

— Не твоего ума дело! – резко оборвал его князь. – Знай своё место! Или забыл, о ком говоришь? Это княжичи, потомки Изяслава Завоевателя, а не посадские забулдыги!

— Что ты! – воскликнул Тимофей, вскинув руки. – Не гневайся, любопытство охватило, только и всего!

Роговолд, сжав зубы, отвернулся. Было видно, что общение с посадником даётся ему непросто. Некоторое время он стоял молча, стараясь подавить внезапную вспышку гнева.

— С Владимиром сперва добром попробуем, – чуть спокойнее произнёс он. – Отправь ему письмо, что за казнь не гневаюсь, посадник перегнул палку. Сам виноват. Змежд за ним, коли присягнёт мне. В его владение отдаю, пусть правит там, как знает.

А в конце письма напомни, будто невзначай, что мать его и брат у нас. Скажи, что боюсь, кабы с ними беды не вышло по его вине.

Тимофей кивнул, показывая, что всё понял.

— Срок до конца сеченя. Ступай.