Книга Два князя, страница 143 – Кирилл Малышев

— Коли быстро сбегаешь, никто и не заметит, – продолжал увещевать бородатый дружинник. – Сходи. Заодно и сестрёнок проведаешь.

Увидеть Ольгу и Аниську Егору очень хотелось. Немного подумав, он серьёзно поглядел на собеседника и спросил:

— Точно прикроете?

— Точно! – не раздумывая, ответил тот. – Только если возьмёшь чего – никому не показывай, сразу нам неси. А то всё подчистую разберут!

— Ладно-ладно.

Поднявшись на ноги, юноша окинул стоянку взглядом. Медленно, крадучись, словно вор, он отошёл в сторону, убедившись, что за ним никто не наблюдает. Затем, ускорив шаг, направился к стоящим поодаль хатам. Пригибаясь и прячась за телеги, Егор избегал встречи с кем-либо из воинов, чьи силуэты маячили в отдалении.

Сердце парня быстро стучало. Если поймает сотник – не поздоровится! Самое малое – заставит чистить нужники. Но, хвала Владыке, никто не заметил, как он пересёк границу лагеря.

Немного успокоившись, парень вскоре достиг первых посадских изб, чьи покатые крыши были почти неразличимы на фоне тёмного неба. Часто дыша, он продолжил двигаться вперёд по спящим улицам, петляя между бревенчатых построек.

Егор спешил. Каждая минута была на счету.

Луна едва пробивалась сквозь плотную пелену облаков, лишь скудно освещая дорогу. Снег тихо похрустывал под ногами. Молодой дружинник осторожно ступал по продуваемой всеми ветрами улице, чувствуя, как холод проникает под одежду.

Несмотря на долгое отсутствие, он легко ориентировался в темноте.

Наконец, после почти часа пути, парень оказался перед покосившейся хатой.

С тёплой грустью Егор поглядел на место, где провёл своё детство. Крыша дома прохудилась, печная труба, торчащая из неё, казалась, вот-вот рухнет. Рядом с ней, готовое вот-вот рухнуть вниз, находилось большое, присыпанное снегом гнездо аиста, пустующее по зимнему времени.

Хата явно требовала хозяйской руки.

Но где ж ему взяться-то, хозяину? Один погиб во время пьянки, и даже он, сын, не знает, где покоятся его кости. А два оставшихся мужика – Егор и его брат Вячеслав – ушли на войну.

«Как закончу службу, надо бы вернуться и поправить кровлю», – с грустью подумал он.

Молодой воин сделал несколько шагов вперёд, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Воспоминания нахлынули, словно волны, и он не смог сдержать печальную улыбку. Несмотря на ветхость, это место было родным для него.

С замиранием сердца он осторожно, едва слышно постучал в дверь.

Никто не откликнулся на несмелый, почти неразличимый стук. Он попробовал ещё раз, чуть громче. И снова – тишина, будто в доме никого не было.

Егор, чувствуя, как внутри растёт разочарование, уже собрался уходить.

— Эх, зря сбежал из лагеря, – прошептал он, махнув рукой. – Надеюсь, никто не заметит!

Но вдруг из-за двери донёсся слабый, едва уловимый шорох. Несколько мгновений – и она медленно, со скрипом, отворилась. На пороге, сгорбившись, стояла женщина, держа в руках лучину, мерцающую тусклым, красноватым светом. Её лицо, изборождённое глубокими морщинами, напоминало запечённое яблоко.

— Кто ты? – прищурившись, спросила она. – Уходи, у нас нечем поживиться!

Сердце парня защемило. Он узнал хозяйку.

— Бабуля, это я, Егор, – с трудом сдерживая подступившие слёзы, произнёс он.

Женщина подняла светильник и несколько секунд молча всматривалась в лицо ночного гостя.