Книга Два князя, страница 110 – Кирилл Малышев

— Юрий, – неосознанно поправил его Ярополк.

— Что Юрий? – не понял старик.

— Князя радонского зовут Юрий, – повторил мальчик. – Юрий Изяславович.

— А, да? – Стёпка с интересом посмотрел на него. – Ну, хорошо. Юрий, значит. Так о чём это я? Ах да, торга с Радоградом нынче нет! Купцы всё больше на Ханатар едут. А кто посмелее да удачливее – до самого Ликая добираются. Но это, конечно, опасно. Да и долго – больше года в одну сторону. А с телегами так все полтора! Степь поперёк пересечь надо, а она границ будто и не имеет вовсе!

Старик быстрым движением почесал красный, похожий на сморщенную свёклу нос.

— Ярослав Михайлович в Ликай не сунется. Не нужно ему это. Он человек важный, в Каменце один из первых купцов! Все его знают, уважают. Сам князь Роговолд к нему с почтением относится! А он, скажу я тебе, птица высокого полёта.

Колёса телеги продолжали вращаться, неся караван всё дальше сквозь безмолвные равнины, которые, как и болтовня Стёпки, не имели ни конца, ни края. Его голос был полон жизни, и, говоря о торговце, мужичок улыбался. Было видно, что он уважает Ярослава Михайловича и искренне восхищается им.

— Бывает, знаешь, человек, как разбогатеет, так злым становится. Жестоким. Кто его ниже – тех за людей не считает! Да вот только Ярослав Михайлович не таков!

— А каков? – без особого интереса спросил Ярополк.

— Добр он и справедлив к слугам. Человек совестливый! Одно слово – глыба!

Я ведь что – одинокий. Жены нет. Был у меня сынок, Ерёмка, только помер он уж годков двадцать назад. С лошади упал – и того, спину сломал. Говорил я ему: коли выпил – в седло не садись! Да он разве слушал… Молодые всегда считают, что умнее стариков.

С тех пор жил один, бобылём. Думал, так и преставлюсь никому не нужным. Но нет – повезло: не оставил меня Ярослав Михайлович. Я ведь плотником у него был, мастерил то да сё. Но годы своё берут – всего не переделаешь, руки уже не те. Так он, вместо того чтобы выгнать меня, начал с собой в караваны брать! Человек золотого сердца!

И я стараюсь быть полезным. Это ведь большая удача – быть кому-то полезным на закате жизни. В старости, знаешь ли, счастье не в богатстве или покое, а в том, чтобы оставаться нужным. Пока ты кому-то важен – у жизни ещё есть повод терпеть тебя, дряхлую развалину.

Внимание княжича привлекла повозка впереди. Она была аккуратно укрыта, а тюки на ней сложены бережнее, чем на других.

— Стёпа, – перебил мальчик. – А что в той телеге?

— В какой? – не понял старик.

— Да вот, прямо перед нами, – указал пальцем княжич.

— А, это! Это не на продажу. Ярославу Михайловичу Зарог, или в кого он там верит, не дал сына, наследника. Но зато тремя дочерьми одарил. Любит он их безмерно. Из Ханатара возит для них ткани шёлковые, у ликайских купцов покупает за деньги немыслимые.

Стёпка покачал головой.

— Девки – это, конечно, хорошо. Да вот только вскоре замуж повыходят, и всё. Упорхнут из отцовского дома, как птички. А на кого дело своё оставить?

Купец действительно был добрым человеком. На каждой стоянке, обходя перед сном караван, он обязательно спрашивал Ярополка о здоровье. Сидя у костра, подолгу задумчиво смотрел на него. А в последние дни даже несколько раз просил мальчика запрячь его лошадь, хотя раньше этим занимался только Стёпка.