Книга Душа мавки, страница 9 – Ева Бран

— Знаю, что ты здесь, - прошептал, глянув на озеро.

Ответа ожидаемо не последовало, но туман на секунду стал плотнее, будто пытался спрятать кого-то. Меня отвлекли торопливые шаги. Ко мне шёл местный мужчина лет пятидесяти, в резиновых сапогах, с пачкой сигарет в руке, которую то и дело нервно сжимал, выдавая нервозность. Этот человек боялся здесь находиться, но любопытство оказалось сильнее страха.

— Вы… это… из города? - спросил он, остановившись в двух шагах.

— По делу, - кивнул, отвечая сухо, как и полагалось в подобных ситуациях, чтобы не навлечь лишних подозрений.

— Тут это… не первый раз. Вы знаете? В прошлом году девчонку тоже… - он замолчал, не решаясь сказать вслух. – Вода забрала. А до того старик утоп. И всё как-то… странно. Без крика. Без брызг. Будто… провалились в омут.

— Кто-то видел? - спросил я, оглядываясь на озеро.

Он покачал головой.

— Да кто ж… Ночью было. Они там куралесили, музыка орала. А потом – визг, и всё. И… - он понизил голос. – Некоторые говорят, в воде девушку видели. Волосы длинные. Белая, словно смерть. За старика ничего не скажу. Знаю только, что любил он ночную рыбалку.

— Ещё что говорят? - спросил я.

Мужик замялся.

— А… вы не смейтесь, ладно? - он глянул по сторонам, будто озеро могло подслушать. – В лесу… зверьё стали находить. Не волки. Не лисы. А… такие… - он поискал слово и не нашёл. – Будто не звери. И у них… - он сглотнул. – У них грудь вскрыта. И… сердце… вынуто.

Вот оно. Я почувствовал, как пазл начал складываться.

— Где находили? - спросил я ровно.

Мужик махнул рукой в сторону дороги, где начинался лес.

— Там… за старой вышкой. В овраге. Мы думали, что это дело рук браконьеров. А потом… потом бабка Татьяна сказала: «Это не браконьеры. Это колдун». И мы… - он хмыкнул, но вышло это слишком нервно. – Мы ей не верим, конечно. Но… страшно, понимаете?

Понимаю.

— Ладно, - сказал я. – Иди домой. И пусть не шляются в лес по ночам.

— Да кто ж послушает… - он пожал плечами. – Молодёжь…

Он ушёл, постоянно оглядываясь. А я остался. Озеро глядело на меня с издёвкой, будто спрашивало, что я собираюсь делать. Точка вскрыта. Нечисть проснулась. Но мне думалось, что утопления и вырванные сердца никак между собой не связаны. Хотя в моей работе разное бывает, конечно.

Кто-то вырезает сердца навьим существам. Не просто убивает, а берёт орган силы. Это не злость. Так не поступают охотники. Так делают, когда плетут ритуал. Слишком большой ритуал, чтобы его не заметил Орден.

Достав телефон, набрал короткий номер.

— На месте, - сказал я, когда ответили. – Озеро активное. Барьер сорван. Есть смерть. Возможно, не одна. И… слухи подтверждаются: вырезают сердца.

— Подробности? – голос старшего как всегда был слишком безымоциональным.

— Пока только косвенные. Местные находят трупы «странных зверей» со вскрытой грудью. Надо проверять овраг. И да… вода здесь тоже хранит свои тайны. Похоже на старую печать, очень старую.

— Закрой точку, если можешь. Без фанатизма. Нам нужен живой свидетель.

Я посмотрел на озеро и подумал: свидетель – уже не живой. И если я ошибусь, завтра здесь обнаружат новый труп.

— Принял, - ответил, поморщившись, и сбросил вызов.

Полиция на берегу включила фонари, но их свет только резал ночь на куски, не делая её менее густой. Я ушёл дальше – в сторону камней, где вода была глубже и где, по моему ощущению, трещина в печати зияла шире.