Книга Елена Троянская. Возмездие, страница 205 – Сьюзен Уилсон

Энона промокнула щеку Париса рукавом. Его кровь перемешалась с темно-красной краской.

— Давай быстрее! – рявкнул Филоктет. – Тебе еще нужно рассказать о моем подвиге другим.

— Убийца! – заверещала Энона. – Убирайся!

Лучник поднял руку и шагнул к ней.

— Давай, убей и меня! – накинулась она на него.

Филоктет нагнулся. Энона снова закричала, когда он выдернул из Парисова глаза стрелу, вызвав фонтан крови.

— Это я заберу. – Он заковылял прочь по коридору на улицу.

Энона осыпала лицо Париса поцелуями, перепачкав свое лицо в его крови.

— Вылечи меня, – прохрипел он.

— Даже если бы я могла, ты никогда не стал бы моим.

Она держала его до тех пор, пока его дыхание почти перестало ощущаться. Сунув руку под накидку, Энона вытащила из-за пояса нож. Разорвала горловину своего хитона и вонзила нож себе под грудь один раз, затем второй.

— Солнечная Богиня Земли, возьми нас, – закричала она и ударила себя меж ребер третий раз.

Возвратившийся со свидетелями Филоктет обнаружил лежащую на трупе Париса женщину. Он присвистнул при виде растекающейся лужи крови.

— Кто бы мог подумать, что в нем столько?

Филоктет схватил женщину за волосы вместе с вуалью и закинул ее голову назад. Его взгляд опустился ей на грудь, и он выругался. Энона ухаживала за больными, но так и не смогла исцелить себя; теперь она вздохнула, наконец слабо улыбнулась и умерла.

Горизонт окрасился красным, оранжевым и розовым, будто восходящее солнце черпало свой жар из пылающего города.

Елена припала к земле на Троянской равнине. Легкие жгло, глаза щипало. Голова кружилась от дыма, которым она надышалась, и от непостижимости простирающегося перед ней простора равнины, сильно дисгармонирующего с погруженными в хаос, заваленными обломками городскими улицами. За ее спиной лежали огромные глыбы известняка и сырцового кирпича, оставшиеся после разбора стены и ворот для затаскивания в город лошади, беременной убийственным потомством.

Елена, пошатываясь, встала. Еще одно последнее усилие, последние шаги, и эта кошмарная неопределенность закончится. В бывшем лагере ахейцев она выяснит, какую судьбу уготовил для нее Менелай.

Елене не удалось отыскать его возле Дарданских врат, хотя другие предводители проходили через них, не ведая о том, что она прячется в тени совсем рядом. Отчаявшись, она прокралась обратно в храм Девы и остаток ночи провела, обхватив руками деревянную статую богини. Ахейцы благочестиво обходили храм стороной, возможно не желая гневить Деву еще больше после похищения байтила.

Также под защитой Девы, незамеченной и нетронутой, она должна добраться до Троянского залива. Если бы она только могла так хорошо спрятаться от голодных мужских глаз в своей прежней жизни.

Елена переставляла ноги, одну перед другой, заставляя измученное тело двигаться вперед.

Женщины стояли на пляже со связанными за спиной запястьями. Жестокое полуденное солнце пекло их непокрытые головы. Их разделили на несколько шеренг по росту в порядке убывания и соответственно бывшему положению в обществе, физической привлекательности и навыкам, которыми они владели. Стояла на пляже и одна шеренга мужчин, тоже связанных. Они опустили головы, словно стыдясь смотреть в глаза своим захватчикам и плененным женщинам. Кассандра знала каждого из них. Они служили ее отцу: здесь были кузнецы, врачи, скульпторы, пара архитекторов и гончар. Ее отца, конечно же, среди них не было. Он был мертв, обезглавлен в тронном зале, и она знала, что так произойдет. Если бы только он ее послушался.