Книга Измена. Не умирают от любви, страница 35 – Светлана Калинникова

— А ты перестань меня воспитывать, — я перехватила возмущенный взгляд. — Мне сейчас не нужны советы, не нужен анализ моих действий, и я сама мастак раскладывать все по полочкам. Мне кажется, что сейчас у меня в самом разгаре период поддержки. И ее я готова получить, особенно от матери.

— Ну, если ты хочешь жалости, то ты ее и получишь, когда наступит развод, — усмехнулась мама.

— Пусть так. Для кого-то я буду жалкой разведенкой, для кого-то неудачницей, а кто-то скажет, что я поступила правильно. Такова жизнь: сколько людей, столько и мнений.

— Ты даже не попыталась поговорить с мужем, выяснить, почему он изменил. А, может быть, вам стоило пойти к семейному психологу и во всем разобраться?

— Вадим в присутствии сына предельно четко назвал причину измены — я старуха.

Котенок громко и возмущенно мяукнул, пытаясь забраться ко мне, топчась лапками по ногам. Мне показалось, что слово «старуха» ему совсем не понравилось.

Мама не нашлась сразу, что ответить, но педагогическая выучка — это вам не фунт изюму, и, собравшись, она вновь стала меня поучать:

— Значит, стоит посмотреть на себя со стороны, уделять себе больше внимания, прислушаться к мнению мужа…

— Достаточно, — я прервала ее. — Мама, я сказала «прощай» своему браку. В том, что мы расстаемся, нет моей вины, есть лишь неудобная правда, которую мой муж озвучил мне прямо и презрительно: я стала старой для него. Вадим нашел счастье с молодой девушкой. Ты пытаешься мне доказать, что быть разведенной стыдно? Это мировоззрение прошлых лет, мама. Мне стыдно, что эти слова Вадим сказал при сыне, мне неприятно думать о себе как о жертве, потому что я не привыкла к этому. Мне всегда казалось, что быть жертвой непозволительно, позорно. Но еще хуже и страшнее, если я сейчас забуду о своем достоинстве и приду с предложением помириться, «начать все сначала» к человеку, который пренебрег мной и не сумел сказать, что разлюбил. Вадим жил удобно и сытно, делясь своим телом и страстью с двумя женщинами. Он взбешен, потому что я сломала удобный для него образ жизни, и мой муж вынужден разводиться и вступать в новые отношения, где еще неизвестно, как все сложится. И если ты хочешь продолжить читать мне ненужные и странные для матери взрослой дочери нравоучения, то я и тебе сейчас говорю: «До свидания, мама».

Мама поднялась со стула и, как актриса на сцене, гордо вскинула подбородок. В этот момент она напомнила Юрку — может быть, его увлечение театральной студией от мамы? Такая интересная схожесть.

— С матерью так не разговаривают. Я спишу твое хамство на тяжелый период.

— Точно так же я буду считать, что твой неуместный тон сегодня связан с чрезмерными переживаниями за меня и Юрку.

Мама смотрела на меня снисходительно, как будто знала какую-то тайну, которую нужно было сохранить от меня. Ее порицающий взгляд прошелся по мне, и напоследок она сказала:

— Вадим просил меня выступить в суде в качестве свидетеля. Я не смогла ему отказать.

— Что ты должна опровергнуть или подтвердить? — спросила я, подавив удивление.

— На покупку этой квартиры большая часть денежных средств была предоставлена родителями Вадима. Мне Николай и Галина так и говорили тогда, что отдают деньги, чтобы у сына было хорошее жилое помещение.

Я засмеялась, потому что ничего нового Вадим придумать не мог: он хотел уменьшить мою долю в праве собственности. Свидетельские показания — такая ерунда, но объяснять это маме не желала. Где письменные доказательства? Ключевым моментом было другое: мама была готова выступить в суде против меня и Юрки.