Книга Лед тронулся, тренер! Но что делать со стояком? Том 2. 18+, страница 111 – Игорь Некрасов

Млять…

Меня бросило в жар. Я тут же отдёрнул взгляд, но кончики пальцев всё ещё касались её кожи. Гладкой, невероятно гладкой.

Я почувствовал, как «дружок» в штанах немедленно подал признаки жизни, и мысленно прикрикнул на него: «Тихо! Смирно! Это мать твоей клиентки! Она просто хочет массаж! И у неё просто нет бюстгальтера! Это вообще не наше дело! Не думай об этом!»

Я заставил себя дышать ровно и вернуться к работе.

— У вас тут… всё жёсткое, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал буднично. Мол, ничего не заметил, ничего не видел, просто массажист делает свою работу. — Вы давно были у массажиста?

— Месяца три назад, — призналась она, чуть подаваясь вперёд под моими руками. — Всё времени нет.

— Для человека, который столько требует от дочери, — я перешёл к шее, осторожно обхватив её пальцами с двух сторон и нащупывая самые напряжённые точки. — … вы слишком мало требуете от себя.

— Возможно, — она коротко и как-то горьковато усмехнулась. — Но кто-то же должен заботиться об Алисе.

— А кто позаботится о вас? — спросил я.

Елена ничего не ответила, но я почувствовал, как под моими пальцами она едва заметно сжалась — плечи дёрнулись вверх на какой-то миллиметр, спина напряглась.

Микроскопическая реакция, которую заметил бы только тот, кто в этот момент касался её руками.

Я же просто продолжил работать, делая вид, что ничего не произошло, и через несколько секунд её мышцы снова стали податливее.

Я продолжал — большие пальцы скользили вдоль позвоночника, ладони разминали трапеции, кончики пальцев осторожно надавливали на точки у основания черепа. Елена тихо выдохнула и еще чуть подалась вперёд, давая мне лучший доступ к шее.

— Лучше? — спросил я.

— Гораздо, — её голос прозвучал мягче, чем обычно. — У вас действительно золотые руки, Алексей.

— Спасибо, — я старался не смотреть на её декольте, но это было сложно.

В зеркале напротив стола я видел её отражение — глаза прикрыты, губы чуть разомкнуты, грудь мерно поднимается и опускается. В этот момент она не была похожа на суровую мать-контролёра. Просто красивая женщина, которая наконец-то позволила себе расслабиться.

А интересно, она вообще позволяет себе расслабляться? Или вся её жизнь — это вот это: бесконечный контроль, давление, требования? Муж ушёл, дочь на льду с утра до ночи, а она сидит на трибунах и записывает ошибки. Кто вообще заботится о Елене Захаровой, кроме неё самой?

— Знаете, — вдруг сказала она, не открывая глаз, — а вы правы… Я слишком мало думаю о себе.

Я чуть не сбился с ритма.

— Я… эм… это просто наблюдение.

— Наблюдение, — повторила она с улыбкой. — Но верное. Раньше муж говорил то же самое. Правда, другими словами.

— Да? И что он говорил?

— Что я превращаюсь в ледяную статую. Что от меня веет холодом. Что я требую от всех слишком много, а от себя — ещё больше. — я молчал, продолжая разминать её плечи, пока через несколько мгновений она не заговорила снова: — Может, он был прав. Но когда ты один, когда на тебе дочь и её карьера, по-другому не получается.

— Вы не одна, — сказал я тихо. — У вас есть Алиса. И… теперь есть я. Ну, в смысле, как массажист. Если что — обращайтесь.

Она открыла глаза и посмотрела на меня в зеркале. Её взгляд был сложным — благодарность пополам с настороженностью.