Книга Невеста медведя, страница 42 – Мия Элден

Продолжив исследование, она обнаружила ещё не одно изображение этого зверя. Лось встречался на одеждах Чужда, на его печи, на оружии, прятался в неосвещённом углу, рядом со смешным, похожим на стог сена, домиком, из середины которого валил дым.

Тонкие девичьи пальцы с интересом провели по спрятанному лосю и отпрянули, оказавшись измазаны толстым слоем сажи. К облегчению, рисунок не смазался. На всякий случай Ерга отодвинулась подальше и быстро вытерла о внутреннюю сторону платья испачкавшуюся руку.

Изучив обстановку, она принялась за хозяйство, убирая скопившуюся в скрытых углах пыль, вычищая печь и отмывая старые горшки.

В одном из таких углов она наткнулась на неожиданную находку. Находка походила на старую куколку, вырезанную из кости, но одета она была не в льняную тряпочку, как привыкла Ерга, а в настоящую шубу. И шерсть на этой шубе оказалась необычно пуховая, нежная, но не похожая на кроличью шубку. Куколка была такой старой, что при первом же взгляде на неё было понятно, прожила она не одно поколение.

Угол, где нашла её Ерга, был покрыт пылью и сажей, а куколка чудом не пострадала от такого обращения. Что-то задело девушку в её жалком виде, так что она отряхнула находку от грязи и спрятала за пазуху, поближе к груди. Туда, где тепло согревал подарок лесного хозяина.

Интересно, куда отправился Чужд? Даже никакого оружия с собой не взял.

Мысли снова вернулись к матери.

Какая глупость. Кто вообще мог посчитать её ведьмой? Ива была пышной, степенной женщиной. На её мягком округлом лице всегда теплела умиротворённая улыбка, которая расцветала пышнее при виде дочери и мужа.

Где бы она ни появлялась, её встречали с восторженным гостеприимством. Не было более доброй и готовой всем помочь женщины, чем её мать. И при том, что родом она была из семьи скромного охотника, она не стеснялась жить на широкую ногу и пользоваться всеми прелестями жизни, будучи женой купца.

Ерга помнила, как они встречали отца после долгих отлучек. Мужчина сходил с корабля прямо здесь, в Ручейках. В сопровождении нескольких мужчин из поселения, матушка навещала Цаплю, позволяла дочери возиться неподалёку, а как приходил корабль, спускалась встречать, крепко держа дочь за руку.

И вот, где происходила настоящая магия. Ерга издали смотрела, как суровый мужчина покрикивает на команду, раскатистый бас гремит на всю пристань, но вдруг взгляд его падает на стоящих на берегу любимых, и на лице его расцветает солнце. Густая светлая борода приподнимается в улыбке, а в глазах играют янтарные лучики. Ерга с визгом бросается навстречу, распахнув ручки, а затем обнимает крепкую шею, ёжась от колких волос, но всё равно лопочет, рассказывает всё, что случилось за время отсутствия отца. Тот внимательно слушает, пока идёт вместе с Ергой к терпеливо ждущей их матери. Опускает дочь на землю, а затем с лихим вскриком поднимает также в воздух жену и прокручивает несколько раз заливисто хихикающую женщину, пока та отчитывает его за ребячество, но с нежностью гладит его щёки.

А затем он обязательно дарил им подарки. И матушка с удовольствием принимала шёлковые платки с необычными узорами, украшения из каменьев, каких в здешних краях и не видывали, надевала на том же берегу и обязательно хвалилась перед другими встречающими. Добрым подружкам даже делала подарки, принося свои старые драгоценности, чтобы и они порадовались. Цапля каждый раз от таких отмахивалась, да ещё и ругала Иву за расточительство. А та громко и заливисто хохотала, и в глазах её играли пакостливые духи.