Книга Алоха из ада, страница 154 – Ричард Кэдри

— Я наблюдал за тобой, а затем увидел, как он оснащает тебя жучиной лапой. Естественно, я просто предположил, что вы двое — приятели.

Я обхожу его, пытаясь рассмотреть получше.

— Кто ты?

Он пожимает плечами.

— Кто мы такие на самом деле?

— Не умничай.

— Я родился умником. Ты чудовище.

Я достаю наац и держу его так, чтобы он не видел, и приближаюсь, пока не оказываюсь достаточно близко, чтобы хорошенько его рассмотреть. Это мистер Мунинн. Только не он. Это один из его братьев. Они не просто близнецы, они одинаковы в каждой детали, включая одежду, за исключением того, что там, где Мунинн весь в чёрном, этот весь в красном. Ангел у меня в голове издаёт звук, который я прежде от него никогда не слышал. Я убираю наац обратно в пальто.

— Как тебя зовут?

Толстяк постукивает пятками по стене здания.

— Малыш, ты не смог бы произнести моё имя, даже имея три языка и миллион лет практики.

— Мунинн сказал мне своё.

— Неужто?

— А разве нет?

Красный человек поднимает руки, широко растопырив пальцы.

— Пять братьев. Каждому из наших имён и сознаний соответствует определённый цвет. Жёлтый. Голубой. Зелёный. Я красный, как ты мог заметить. Мунинн чёрный, сумма всех нас.

Он отстукивает каждый цвет пальцем.

— Итак, если бы ты был интеллектуалом или прочитал хотя бы одну книгу за свою жизнь, то мог бы знать, что мифическое скандинавское божество Один путешествовало с двумя чёрными воронами. Одного звали Хугинн. Угадай, как звали другого?

— Мунинн назвал себя в честь птицы?

— Он так шутит. Не надо его презирать. Он самый младший.

Ангел у меня в голове прекращает издавать странный шум и, наконец, выдаёт одно-единственное слово: «Элохим»^[246].

Красный человек смотрит на меня. У меня такое чувство, что он читает меня намного лучше, чем я могу читать его, потому что я не могу читать его совсем.

— Ты?..

— Ага.

— Вы все пятеро?

— Ага.

— Мистер Мунинн тоже?

— Думаю, мы признали это, когда установили, что он один из нас, пятерых братьев.

У меня снова что-то странное творится с головой. Скручивает желудок. Меня захлёстывают восхищение и гнев, которые я носил в себе гораздо дольше, чем те одиннадцать лет, что я провёл в Даунтауне.

— Мунинн лгал мне. Я считал его одним из немногих, кому я могу доверять.

— Успокойся. Он не лгал тебе. Он просто не подошёл и не сказал: «Привет, малыш. Я Бог. Как дела?». Ты бы ему поверил? Я бы нет, а я бы знал, что он говорит правду.

— По крайней мере, я могу звать его Мунинном. Как мне звать тебя? Санта — Элвис?

— Как насчёт Нешамы^[247]? Мне кажется, это ты можешь произнести, не сломав себе челюсть.

— Что ты делаешь здесь внизу?

Он протягивает руки.

— Обозреваю дело своих рук.

Я прислоняюсь к стене с ним и оглядываю город. В нескольких кварталах к северу что-то взрывается. В здании дальше по кварталу начинается пожар. Полагаю, сбылась мечта Кисси со спичками.

— Если бы это был мой конструктор, я бы его вернул и потребовал обратно деньги, — говорю я.

Нешама качает головой и пожимает плечами.

— Знаешь, всё должно было быть не так. Когда-то Элефсис был прекрасным местом. Как и вся Вселенная. Мы… ну, тогда это был ещё я… строили совершенство, но всё пошло не так.

— Ты тогда изобрёл преуменьшение или придумал его позже?

— По крайней мере, мы, я, мечтали о большем. Ты о чём мечтаешь?