Онлайн книга «Абсолютная Власть 1»
|
— А я что, я прилично себя веду. Вот, это вам от меня, — парень бросил на поднос несколько карамелек и поспешно отступил к выходу. — Побегу, мне ещё надо морковку дочистить, а то у Бабули рука тяжёлая. Она меня уже пару раз половником огрела! — уже в коридоре сказал он и рассмеялся. — Ну, пока. Дверь захлопнулась. Никита посмотрел на меня, сдвинув брови, а я только рассмеялся: — Не злись. Откуда ему знать, как вести себя со знатными? Возможно, до меня он их в жизни не видел. — Я не злюсь. Просто если ты хочешь его оставить, надо будет обучить манерам. — Пока что перекусим. А где вы берёте хлеб? — спросил я, намазывая на ломоть земляничное варенье. — Среди местных ещё есть сочувствующие, иногда у них получается протащить для нас продукты. Очаг их пропускает. В усадьбе, кстати, осталось несколько слуг — те, кто не успел или не захотел бежать. Помогают нам по хозяйству. На несколько минут в комнате воцарилось молчание. Только увидев перед собой еду, я понял, что голоден как волк. Варенье было не слишком сладким, наверняка без сахара, а хлеб уже подсохшим, но мне было всё равно. Тем более, ароматный чай со смородиновыми листьями искупал все недостатки трапезы. Утро тем временем окончательно вступило в свои права. Яркий солнечный свет проник через окно, и за ним я увидел, как дружинники во дворе упражняются с холодным оружием. Мимо них в сторону леса прошли двое мужчин с топорами и пилами. Когда мы съели всё, что было на подносе, Никита подлил нам ещё чаю и спросил: — Так на чём мы остановились? — На том, что враги хотят получить Очаг, — ответил я. — Точно. Знаешь, я думаю, что главная причина войны была именно в нём. Всё остальное — это так. — Почему? Воевода глотнул чаю, глядя на меня поверх чашки, и поинтересовался: — Ты совсем не помнишь, как работают Очаги и в чём их суть? — Нет, — мотнул головой я. — Тогда расскажу, что знаю. Слушай. г. Хабаровск Бар «Железный кулак» Бар утопал в полумраке. Свет керосиновых ламп едва пробивался сквозь сизый дым, окутывающий столы, заваленные пустыми стаканами и засаленными картами. За столами сидели компании мужчин, а в углу, на кожаном диване, восседал Николай Зубарев по прозвищу Зубр. Его массивная фигура, обтянутая кожаным плащом с меховым воротником, напоминала медвежью. Рядом, прислонённая к стене, стояла его двустволка по имени Громовержец. На прикладе была мастерски вырезана голова оскалившегося медведя, и этот образ вторил облику Зубра. Сверху приклад был покрыт зарубками, каждый из которых рассказывал свою историю. Здесь — перестрелка с полицейскими в тайге, там — подавление рабочего бунта в порту… Зубарев одной рукой гладил приклад, словно живого зверя, а второй поглаживал бедро сидящей рядом женщины, время от времени запуская ладонь под юбку. Каждый раз, когда он так делал, она смеялась, наигранно и хрипло. Рядом, сгорбившись на табурете, сидел приспешник Зубра Антон, или Тоша, как все его называли. Тощий, с лицом, изъеденным оспой, он напоминал шакала, ждущего объедков. Его пальцы нервно перебирали края засаленной куртки, а глаза бегали по залу, словно он ожидал удара сзади. Если бы Тошу спросили, зачем он вообще работает на Зубарева, тот бы вжал голову в плечи и пробормотал что-то вроде: «Тебе какое дело? Ща я Зубру расскажу, что ты вопросы всякие задаёшь, и мы тебя, сука, закопаем!» |