Книга Вершитель хаоса, страница 141 – Марина Адлер

Постепенно привожу волосы в порядок. Поправляю платье, которое изрядно помялось, но все еще выглядит относительно прилично. Надеваю ботинки, завязываю шнурки. Каждое движение требует концентрации, потому что голова кружится, а руки дрожат.

Первые симптомы ускорения действия яда. Понимаю это. Знаю, что у меня не так много времени. Если останусь в доме Мартовского Зайца, то жить останется не так долго.

Выхожу из ванной комнаты, и сразу же вижу Шляпника. Он стоит на коленях перед огромным сундуком, разбрасывая содержимое по полу. Вещи летят во все стороны — какие-то странные предметы, книги, куски ткани, что-то, что выглядит как старые подсвечники и лампы. Шляпник копается в этом хаосе с такой сосредоточенностью, что не замечает моего появления.

— Где же... где же... — бормочет он себе под нос, перебирая вещи все быстрее и быстрее. — Должно быть здесь. Я помню, что положил его сюда. Точно помню...

И вдруг — радостный крик.

— Нашел! — вскрикивает Шляпник, вскидываясь на ноги с такой скоростью, что волосы развеваются вокруг его лица. На его губах расцветает улыбка, которая выглядит как солнце, пробившееся сквозь облака. — Нашел!

Он оборачивается ко мне, и я вижу, что на его плече висит сумка — старая, потертая, но прочная. В руках же он держит сверток из черной ткани. Шляпник подходит ко мне, и в его глазах горит что-то, что напоминает надежду и решимость одновременно.

— Элис, — говорит он, и его голос звучит серьезнее, чем когда-либо. — Я хочу дать тебе нечто. Нечто, что может спасти твою жизнь, если... если чудовище придет за тобой снова.

Мое сердце начинает биться быстрее от воспоминаний о той адовой твари. Я смотрю на сверток, и что-то внутри меня подсказывает, что это не просто подарок. Шляпник разворачивает сверток медленно, почти торжественно, словно открывает святыню. И когда черная ткань падает, я вижу кинжал.

Он из бронзы, с острым лезвием, которое блестит в свете ламп. На лезвии выгравированы символы — похожие на те, которые я видела на шее Хаоса. Те самые символы, которые горели золотым огнем, когда Королева Пик мучила его. Мой дыхание перехватывает. Если магия, сковавшая Хаоса такая древняя, то этот кинжал не менее опасен.

— Это кинжал соткан из древней магии, — говорит Шляпник, подтверждая мою догадку. Его голос звучит как голос жреца, совершающего ритуал. — Он способен убивать порождения Королевы Пик. Ее тьму. Ее проклятия. Это оружие было создано давно, еще до того, как она впустила в себя черную мглу. Это одно из немногих средств, которое может причинить вред ее созданиям.

Он протягивает мне кинжал, и я беру его дрожащей рукой. Лезвие холодное, почти ледяное, но когда касается моей кожи, ощущаю тепло. Не обжигающее, а успокаивающее. Символы на лезвии начинают светиться мягким золотым светом, словно узнали меня.

— Если тот монстр еще раз настигнет тебя, — говорит Шляпник, и его голос становится низким, почти угрожающим, — просто ударь прямо в грудь, показывает он на себе, укладывая ладонь на солнечное сплетение. Вонзи кинжал в сердце, и оно погибнет. Это существо не бессмертно. Оно просто очень старое и очень голодное.

Я смотрю на кинжал, оценивая его красоту и смертоносность одновременно. Вес оружия в руке ничто в сравнении с весом огромной ответственности, которую оно несет вместе со своим свойством.