Онлайн книга «Искатель, 2011 № 04»
|
— Тебе лучше знать. Ты же охотник, а не я. — Какой я охотник? Так, поневоле... — А на хрена тогда патронов понаделал? — Так говорю же, от волков и медведей. Для самообороны. — А почему от улики не избавился? Мог же ружье в снег зарыть? — Ты что, Василич? Зачем же ружье выбрасывать? Оно могло еще пригодиться! — Жадный ты, Кэп! Помнишь, как плакал, когда я браконьерскую икру в речку выкинул? — Конечно, помню. Не жадный я — расчетливый. А потом, мне подозрение от себя отвести надо было. — Не расчетливый ты, Игорь Николаевич, а подлый. Зачем других подставить хотел? — А что мне оставалось делать? В милицию ружье нести, что ли? Самому не хотелось в петлю лезть. — Так и так в ней оказался, Кэп! За убийство тебе большой срок светит. — А то, что Семен меня фонарем по башке отоварил, суд не примет во внимание? — Примет, Кэп! И фонарик, и пендаль, и твое состояние — все примет. Только не было у тебя необходимости убивать человека. И необходимой обороны не было. Шишка на лбу у тебя пройдет, а человека с того света уже не вернешь! Понимаешь ли ты это? Дурья твоя башка! — Сейчас понимаю, а тогда ничего не соображал. Виноват — отсижу. Мне самому Семена жалко. Я невольно подумал: «Где находится крупнейший порт в Европе и столица Португалии Лиссабон? И где богом забытый маленький камчатский поселок геологов Первая Речка? А ведь они связаны между собой невидимой нитью. Начало было там, а конец здесь. Правда, трагический, непредсказуемый конец. Конец морскому братству, конец несбывшимся надеждам, конец воли одного моряка и наступление смерти другого. Не думали они много лет назад в далекой Португалии, что судьба сведет их на севере Камчатки, чтобы расставить все точки над «и» и подвести последнюю черту между жизнью и смертью». Дверь в вагончик Кэпа распахнулась. Внутрь с потоками свежего воздуха ворвались Крюков Иван и две лайки с задранными кверху крючкастыми хвостами. Собаки стали неистово лаять на незваных гостей. — Фу, Тоська! Фу, Фроська! — крикнул Игорь Николаевич, и умные лайки, недовольно ворча, замолчали и улеглись на полу у порога. — Там были Зинка и Нинка, а здесь Тоська и Фроська, — с ноткой ностальгии напомнил я Кэпу его рассказ о том, как лайки спасли от медведя людей. — Жили в тундре четыре человека: муж с женой и две собаки... Как давно это было... Не думал, Кэп, что судьба сведет нас при столь трагических обстоятельствах. — От сумы и от тюрьмы не зарекайся! — философской мыслью подытожил Кэп разговор двух прежних приятелей — следователя и бича, в один момент ставшего убийцей своего друга. — Гражданин Крюков! Я — следователь, — представился я пришедшему геологу. — Мне нужно задать вам несколько вопросов. Иван недоуменно развел руками, что могло означать: «А я ничего не видел». Он в магазине уже успел узнать о смерти Тихомирова — в поселке все об этом только и говорили — и вопросительно посмотрел на соседа. — Что уж там? — заявил Бочкин. — Я все рассказал. Говори, Ваня, все, как было. — А что говорить? — Скажите, куда утром пошел Игорь Николаевич, — задал я первый вопрос. — Он намылился к нашему начальнику поговорить насчет денег. Игорь все время возмущался тем, что ему недоплатили, и хотел вытребовать свои кровные. — А потом? — Примерно через полчаса он прибежал назад. Вид у него был взволнованный. На голове у него я увидел кровь и большую шишку. Игорь схватил ружье, которое было заряжено двумя патронами. Я хотел его остановить: «Что случилось, Николаевич? Не шути с ружьем!» Но он лишь зыркнул на меня, предупредил, чтобы я никому ничего не говорил, и убежал со словами: «Я ему покажу — на хер!» Вскоре Бочкин вернулся, уже без ружья. Ничего мне не сказал, но по его виду я догадался, что произошло что-то страшное. Я пошел в магазин за хлебом и там узнал, что убили Семена Ивановича и приехала милиция. Вернулся, а тут вы сидите. |