Онлайн книга «Мы не отбрасываем тени»
|
В те выходные я смог познать вкус того самого виски — Johnnie Walker Blue Label, который меня так интересовал. Впервые видел, чтобы старый бармен так лучезарно улыбался. Я смог насладиться выпивкой вместе с закуской, а в моей студии появился маленький телевизор. Однако счастье от денег, которое, как я думал, будет вечным, оказалось лишь коротким мгновением. Вскоре тело снова покрылось заводской грязью. Я думал, что 50 миллионов – это большие деньги, но они были не такими уж огромными, точно не настолько, чтобы разбрасываться ими направо и налево. В какой-то момент все, что я стал делать с этими деньгами, – это смотреть на них как на музейный экспонат. Я вернулся к дешевому пойлу, исчезли закуски. По мере моего восстановления усталость в теле только накапливалась. Вновь началась череда дней без искры надежды на будущее; все, что я делал, – ходил в старый бар по выходным. Однажды на завод пришла полиция – из-за Ким Тхэсу. Мне сказали, что он числится пропавшим без вести, и заявили, что я как главный подозреваемый должен проехать в участок для допроса. На мгновение сердце ушло в пятки, но я предвидел все. У меня уже было готово идеальное алиби, не осталось ни одной улики, включая видеозаписи, – так как же они меня арестуют? Разумеется, детективы, перебросившись со мной парой фраз, отпустили меня. По обстоятельствам я был подозреваемым, но ничего, за что можно было бы зацепиться, не нашлось. Это естественно, ведь я безупречен. В следующий раз… нет, следующего раза не будет. Людей категорически нельзя лишать жизни. Шло время, и теперь мое плечо полностью восстановилось. Ноющая боль, которую я чувствовал, когда поднимал руку над головой, полностью исчезла. Врач сказал, что теперь можно поднимать тяжести, а еженедельную физиотерапию можно проходить по желанию. Выйдя из больницы, я сразу направился домой и быстро помылся. Сегодня пятница, я уже закончил стирку после работы, так что наконец пришло время идти в старый бар. Выйдя из ванной, я вытираю тело и сушу волосы, затем переодеваюсь и направляюсь в бар. Под звон колокольчика доносится старомодный джаз. Все как и всегда – никаких посетителей и скучающий старый бармен. Я сажусь на свое привычное место в углу. Старый бармен говорит, что Пак Хаюн уже несколько недель не приходит в бар. Вслед за этим он отпускает странную шутку о том, что атмосфера здесь снова стала мрачной; в ответ у меня почему-то вырывается смешок. Стакан с дешевым пойлом возникает передо мной. Ну а я беседую со старым барменом. Он спрашивает, что произошло, все ли в порядке со здоровьем. Сколько денег ушло на больницу? Получил ли я компенсацию, и если да, то сколько? Отвечая ему, я понемногу использую ораторские приемы, которым научился у Пак Хаюн. И впервые наш разговор течет гладко. Старый бармен смеется вместе со мной. Стакан пустеет, я тут же прошу повторить. Бармен приносит свежую порцию картошки фри и присаживается рядом. Время летит. Я, как всегда, иду в туалет и вздыхаю. Внезапно меня охватывает чувство уныния и вины за то, что снова убил человека. Я оплакиваю свою жизнь и выхожу из бара. Снова присаживаюсь у ворот чужого дома и смотрю в небо. Противно мерцающие звезды, пьяные офисные клерки, идущие в обнимку друг с другом. Глаза бы мои не видели этих парочек, прямо как уличные коты… |