Книга Магазин волшебных питомцев 2, страница 41 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

— Господи, что это⁈ — Алиса уставилась на толстяка. — Он же огромный! Это хомяк?

— Камчатский огнехомяк. Пых. Не пугай его. Когда пугается — загорается.

— Загорается?

— Натурально и очень жарко.

— Опупеть, — искренне поразилась Алиса.

А я подхватил эту меховую гантелю и ссадил на пол. Материализовал следом кочан капусты и всё, воцарилось благостное похрустывание.

Следующий призыв. Из пустоты выскочила обезьянка. Маруся приземлилась на четыре лапы, мотнула головой. Латунный отлив шерсти блеснул в электрическом свете.

— Латунная макака, — пояснил я, прежде чем Алиса спросила. — Марусей зовут.

Обезьянка покосилась на Алису. Взгляд впился в кулон на шее девушки. Маленькая лапка потянулась вперёд…

— Нет, — жёстко сказал я.

Маруся отдёрнула конечность и оскорблённо зацокала, скрывшись на вершине стеллажа.

— Воровка! Воровка! — провозгласил Архимед.

— Не воровка, — заступился я. — Теперь она на пенсии.

Четвёртый призыв. Последний.

Воздух над столешницей засиял. Светящийся контур соткался в знакомый силуэт, и на прилавок мягко, почти беззвучно опустился Коша.

Мантикор потянулся. Вытянул передние лапы, выпустив когти, расправил перепончатые крылья на полную длину, так что кончик правого задел стойку с ошейниками. И сладко зевнул, обнажив молочные клыки.

Рыжая шерсть лоснилась. Суставчатый хвост помахивал за спиной. Жало чуть подрагивало, отслеживая каждый звук и движение в помещении.

— Коша, — сказала Алиса. — Он подрос.

Рыжий повернул голову на своё имя, окинул Алису снисходительным взглядом. Мол, это ты ещё не видела, на что я способен… Потом его нос дёрнулся. Он развернулся и уставился на кроликов.

Зверьки сразу же перестали шевелиться. Только носы-кнопки подёргивались.

Коша ступил ближе. Бесшумно, на мягких подушечках, как настоящий охотник. Янтарные глаза блестели, зрачки превратились в узкие вертикальные щёлки.

Я ощутил волну его мыслей через ментальный канал. Не слова, конечно, а эмоции, образы, сбивчивые и горячие:

…большие мыши… толстые мыши… они сидят и НЕ БЕГУТ… это странно… мыши всегда бегут… с ушами… ДЛИННЫЕ уши… зачем такие уши? Можно схватить за ухо? А за нос? Нос шевелится… ИНТЕРЕСНО пахнут… вкусно? Можно? Нет? МОЖНО КУСЬ?..

— Нельзя, — запретил я.

Коша замер с поднятой лапой и обиженно посмотрел на меня. Я послал ему импульс: «Свои. Не трогать». Мантикор нехотя сел, но смотреть на кроликов не перестал.

— Ему тяжело, — заметила Алиса с сочувствием. — Столько мяса…

— Это не мясо, — поправил я.

— Кр-р-роли! — подсказал Архимед.

Коша не выдержал. Вытянул шею вперёд к ближайшему кролику. Пятнистый ушастик окаменел. Его усы отчаянно дрожали. Два носа — мокрый кошачий и сухой кроличий — соприкоснулись.

Секундная пауза.

А потом кролик подпрыгнул вертикально вверх! И со скрежетом коготков приземлился обратно, шарахнувшись через сородичей. Коша от неожиданности подскочил, расправил крылья и зашипел.

Алиса зажала рот ладонью, давясь смехом.

— Алерт! — завопил Архимед. — Код красный!

— Отбой тревоги, — скомандовал я и стал пересаживать кроликов в клетки.

Коша успокоился, но кончик хвоста ещё нервно подёргивался.

Я оставил их знакомиться и прошёл в процедурную. Заглянул в террариум. Сумеречный аспид спал, свернувшись серебристо-чёрным колечком. Приподнял крышку и проверил поилку — полная. Температура в террариуме стабильная.