Книга Сколько волка ни корми, страница 256 – Карина Володина

— Пожалуй, мне стоило прийти в твоё племя сейчас, – вдруг говорит Вран.

Наверное, слова Баи всё же как-то действуют на него – наверное, если Вран, никогда не страдавший от неразговорчивости Вран, почти всегда отвечает на её речи одним предложением, Бае всё же удаётся затронуть что-то в его душе.

— И что бы это значило? – спрашивает Бая.

— Ты прекрасная глава своего племени, Бая, – отвечает Вран. – Если бы Лесьяра сказала мне хотя бы часть того, что говоришь мне…

Бая смеётся.

Бая не выдерживает. Бае просто смешно. Как Врану порой приходят в голову такие мысли? Это же просто невозможно.

— Что? – озадаченно спрашивает Вран. – Что такое?..

— Ты так ничего и не понял, Вран, – улыбается Бая. – Это не слова главы племени. Это слова той, кто любит тебя.

— Вот как, – негромко говорит Вран.

Бая не ждёт от него ответных слов. Бая знает, что он пока к ним не готов.

Но в его взгляде вновь появляется то пронзительное выражение – и в общем-то, больше Бае не нужно ничего.

— У нас нет на это времени, – вдруг слышит Бая голос Сивера сзади и сверху.

Сивер сидит на корточках перед оконцем, заглядывая внутрь. Почему-то он не смотрит на Врана со своей обычной враждебностью или мрачностью – почему-то он вообще не смотрит на Врана. Только на Баю.

И его светло-голубые глаза говорят Бае: всё… не очень хорошо.

И Бая даже догадывается, что именно.

— Да, мы уже закончили, – отвечает Бая, поднимаясь. – Отдыхай, Вран. Сивер, запри за мной дверь.

— Отдыхать? – медленно повторяет за ней Вран. – Запирать дверь? Мне как-то не хочется отдыхать, красавица, – особенно за запертой дверью. Едва ли она вызовет у меня крепкий и наполняющий силами сон. Почему бы мне не пойти с тобой?

— Ну уж нет, – усмехается Бая. – Учись выполнять наказы главы своего племени, Вран с Белых болот. Если я хочу, чтобы ты был здесь, – значит, ты будешь. Недолго. Справишься с этим?

— Конечно, – растягивает губы в улыбке Вран.

Неискренней. Как же неискренна эта улыбка – но у Баи, похоже, и впрямь нет времени превращать её в искреннюю.

Бая взбегает по земляным ступеням. Бая пропускает Сивера, чтобы он воспользовался ножом и запер дверь. Бая замечает краем глаза, что Сиверу – уже с крайне недовольным и нетерпеливым выражением лица – приходится опуститься перед оконцем ещё раз, потому что его подзывает Вран. Бае было бы любопытно узнать, что нужно от него Врану, – если бы Бая не увидела того, что видит.

Круг для собраний заполнен – а в середине него стоят Искра с Вешем.

Круг для собраний заполнен. В кругу собрались все, кто способен ходить – от только-только окрепшего волчонка до дряхлой старушки. Заняты все камни и брёвна, для кого-то даже не хватило места – и они стоят позади, образуя второй, такой же плотный круг.

А Искра занимает место Баи. А Веш, Веш, которого вообще не должно здесь быть, занимает место Сивера – по правую руку от Искры.

Почему-то Баю злит именно это. Не то, что Искра самовольно собрала всех волков посреди ночи: разбудила волчат, вытряхнула из землянки стариков, потревожила сон тех, кто только-только успокоился после возвращения Баи с Сивером, впустила в круг собраний племени с Белых болот даже беглецов из бывшего племени Врана, которые не имеют к Белым болотам и их делам никакого отношения. Не то, что Искра встала в этот круг сама, словно желая Бае что-то показать, не то, что она не выставила за границу их дома Веша – но то, что она поставила Веша рядом с собой, там, где всегда стоит Сивер. Словно Веш – не просто милостиво принятый той, кто не имел на это права, обратно в племя беглый волк, словно Веш – знахарь, тоже имеющий свои права. Словно Веш хотя бы попытался сделать то, что полагается знахарям – не связываться ни с какими волчицами, например, чтобы быть полностью посвящённым своему племени. Даже Самбор, тоже самоназванный знахарь, следовал этому правилу – но не Веш, видимо, живущий по всем правилам сразу и ни по одному – одновременно.